Научная дипломатия или технологическое противоборство?

... о сотрудничестве российских и зарубежных ученых

Заседание Президиума Академии наук Российской Федерации

Москва. 3 января. INTERFAX.RU - За последнее время нередко можно услышать такое словосочетание, как "научная дипломатия".

В советский период говорили "о народной дипломатии, когда известные деятели науки, культуры и искусства колесили по миру, призывая всех бороться за мир и взаимопонимание.

Так что такое "научная дипломатия"? Это новое понятие со старым содержанием? И каково значение этого вида дипломатии? Именно этой теме в преддверии заседания Совета при президенте Российской Федерации по науке и высоким технологиям было посвящено заседание Президиума Академии наук Российской Федерации. Об этом же беседовал наш специальный корреспондент Вячеслав Терехов с президентом РАН Александром Сергеевым.

Президент РАН, академик Александр Сергеев

Вводим новый термин?

А.Сергеев: Понятие научная дипломатия отнюдь не наше нововведение. Этот вид дипломатической деятельности активно развивается во многих зарубежных странах и даже поставлен на уровень реальной государственной дипломатии. Этой теме посвящены многие специальные труды в США, во Франции, Великобритании и других странах.

Попробуем разобраться в сути этого понятия.

Дипломатия, как известно, это продвижение интересов страны не силовым путем, а путем, как теперь говорят, "мягкого давления". Поэтому концепция "научной дипломатии" и реализуется развитыми странами в качестве одного из элементов "мягкой силы". Собственно, поэтому на развитие научной дипломатии в этих странах выделяются значительные финансовые средства, оказывается серьезная государственная поддержка. В ряде стран даже создана должность советник министра иностранных дел по науке.

Почему научная дипломатия на современном этапе становится особенно актуальной? Кризис политических отношений России и Запада, а также новые глобальные вызовы, как и во времена "холодной войны", актуализировали запрос на привлечение ученых к активизации международных отношений.

Согласно всем социологическим опросам, доверие к ученым находится на одном из самых высоких уровней. В то время как классическая и военная виды дипломатии, а также различные контакты на бюрократическом уровне имеют намного меньше доверия у людей. В то же время отношения между учеными даже в период холодной войны не ухудшались, и возможно, остаются последним связующим звеном в межгосударственных отношениях. Это происходит потому, что люди научного мировоззрения обладают большей устойчивостью к идеологиям, лучше других понимают масштабы вызовов и угроз, суть природы и общества. Они обладают иммунитетом к пиар-технологиям, пропаганде, которые конструируют так называемую альтернативную реальность.

Корр.: На заседании президиума Академии наук прозвучал один очень яркий пример значения отношений между учеными для укрепления международной безопасности и развития мировой науки в целом. Начиналось все с Пагуошского движения как классической формы научной дипломатии (которому, кстати, уже 60 лет), когда большой манифест Бертрана Рассела смог объединить ученых мира в борьбе против ядерной угрозы. В конце концов, это движение стало одним из мощных факторов сыгравших свою роль в подписании ряда международных договоров, и это движение продолжает жить. Важную роль играют и многочисленные представительные международные конференции по текущим и перспективным проблемам мирового порядка, в том числе по положению в отдельных регионах мира. Академик Лев Зеленый на заседании приводил множество примеров, когда ученые играли важнейшую роль в создании совместных международных космических программ и самой орбитальной станции, причем это было в разгар "холодной войны". На том же заседании прозвучал интересный факт. Американские и советские ученые давно работают над изучением планеты Венера. Есть совместный проект, работала совместная рабочая группа, но после крымских событий в 2014 году работа резко была оборвана американской стороной. Но российские ученые встретились с американским профессором Холдриным, которым занимал тогда должность помощника президента США Обамы. "Поговорили о нелепости ситуации, когда хорошие научные проекты из-за политических соображений закрываются. И что же - буквально через две недели у российских ученых раздался звонок из НАСА и рабочая группа продолжила работу".

Хрупкость государства

За последние годы на политическом уровне появился новый термин "хрупкость государства". Вот как объяснил его академик Александр Дынкин.

Академик РАН Александр Дынкин

А.Дынкин: Дело в том, что под давлением нелегальных сетей, гибридных структур, и в результате конвергенции терроризма, наркотрафика, криминальных группировок, теневых схем возникают сетевые киберхалифаты без очевидных главарей! Именно комплекс этих понятий и определяет так называемый "индекс хрупкости государств". К сожалению, уже примерно треть государств находится в тревожных зонах с показателем "высокая тревога" или "критический уровень". Наконец, существенные проблемы появились и в связи с международной юридической кодификацией цифровой экономики, то есть криптовалют и блокчейна.

Подождем новой холодной войны?

Корр.: На заседании президиума Академии наук директор института космических исследований академик Зеленый вспомнил замечательную фразу известного советского академика Келдыша: неизвестно, говорил он, что большее значение для обороны страны имело - жесткая сила, то есть боевая межконтинентальная ракета, которую так и нельзя использовать, или искусственный спутник Земли? Именно запуск спутника сыграл роль мягкой силы, который повлиял на перевод соревнования между Советским Союзом и Соединенными Штатами в мирную плоскость, и даже глобализировал этот процесс.

Когда я слушал о примерах сотрудничества наших и зарубежных ученых, о научных обменах и диспутах, проходивших в период холодной войны, мне захотелось встать и просто крикнуть: "Уважаемые академики, подождите еще немного, острие холодной войны уже близко, и вы вновь сможете вопреки, а может, благодаря изменившимся мировым отношениям наладить и развить взаимополезные контакты".

А.Сергеев: Я бы не стал ждать развития нового варианта холодной войны. Сейчас уже надо говорить о технологическом противоборстве государств. Мы значительно за последние десятилетия отстали в развитии технологий, и это не может не беспокоить. Холодная или горячая война служит интересам завоевания части территорий или территории всей страны. Но сильное отставание в науке и технологиях может привести к завоеванию страны безо всяких войн. Для того, чтобы избежать этого положения, для развития отечественных технологиий мало аккумуляции собственных сил, необходимы активные научные контакты на международном уровне.

У Российской академии наук есть свои неиспользованные резервы для развития научных контактов как в дальнем, так и в ближнем зарубежье. Мы не в полной мере используем потенциал 500 иностранных членов РАН . А это крупные ученые из США, Германии, Франции, других наукоориентированных стран. К сожалению, мы теряем контакты и с теми учеными, которые являются фактически нашими соседями, то есть теми, кто здесь учился и работал. Они хорошо расположены к России и к российской науке, у них свои сильные академии наук, но из-за слабых контактов русский язык у этих ученых уходит, заменяясь на английский.

Корр.: Не могу не привести один из примеров, прозвучавший на заседании президиума АН СССР. Китайские ученые сегодня сотрудничают в основном с американскими и английскими коллегами, но не с российскими, и это при том, что китайская академия наук была создана по образцу и подобию российской академии наук. Но у них так и не появилось ФАНО. Это значит, что у академии наук есть средства для международных контактов, а у нашей нет. Существует рабочая группа российской и китайской академий по вопросам исследования космоса. Составлен список из 20 или 30 интереснейших предложений. Но работа группы буксует, потом что у нас нет специального финансирования, а у европейцев есть. Нужна политическая воля, без нее ничего никогда не будет! Китайцы и европейцы проявили ее, и перед ними открылись большие перспективы по развитию взаимодействия.

И вновь две беды?

А.Сергеев: Федеральное агентство научных организаций, организованное в 2013 году, получило как новый орган федеральной власти право на административно-хозяйственное руководство академическими институтами и управление имуществом этих организаций. К деятельности ФАНО ученые предъявляют много претензий и даже обращаются к руководству страны с просьбой его ликвидировать (недавнее письмо президенту страны). Считаю, что сегодня ставить этот вопрос несвоевременно, а правильнее работать над повышением статуса РАН и возвращением ей контроля над научно-организационной деятельностью институтов. Я вообще являюсь сторонником эволюционного развития. Считаю, что в России есть две основные беды, мешающие научно-технологическому прогрессу. Это не те, традиционные для нас, а другие: сырьевое богатство и большевизм нашего менталитета. У нас в менталитете почему-то заложено, что реорганизацию надо проводить известным путем: разрушить все до основания, а затем... А зачем, почему вместо эволюции нужно прибегать к революциям?

Эпилог

О том, что у ученых и Академии наук, и у академических институтов после 2013 года исчезла возможность финансировать научные контакты на разных уровнях, говорил практически каждый выступавший на заседании президиума Академии наук. Не зря прозвучала фраза о том, что без соответствующей политической воли ничего изменить в этом вопросе нельзя. Мне кажется, что ученые ждут решения этого вопроса на предстоящем в феврале заседании Совета при президенте Российской Федерации по науке и высоким технологиям. Конечно, это будет только часть проблем, которые предстоит обсудить на этом президентском совете для развития научной дипломатии - дипломатии, которая уже завоевала авторитет не только среди политиков, но и всех интеллигентных и здравомыслящих людей, понимающих, что без широких международных научных контактов прочного мира на земле никогда не будет.

Новости по теме

Последние новости