Но даже если зима будет долгой

Новая мелодрама Веры Сторожевой "Скоро весна" продолжает поиски истинной реальности в глубинке, которые систематически ведет новое русское кино

Но даже если зима будет долгой

Москва. 30 ноября. INTERFAX.RU – Все бегут из Москвы за правдой. Режиссеры продолжают начатое интеллигенцией в позапрошлом веке хождение в народ. Чем провинциальнее, тем честнее, как кажется. Поэтому мы не узнаем себя в современном кинематографе, нам приходится мириться с тем, что в нас выстраивают мифологию бесконечно далекой жизни "маленьких людей", которые живут где-то далеко от МКАДа и во всем лучше нас. Это не плохо само по себе, хуже, что мы не обладаем действительными критериями верификации, позволяющими нам отделить сказки от того, что вправду пытается быть осмыслением жизни на другой планете – в нескольких десятках километров от наших домов.

Все постоянно твердят об образах реальности в массовой культуре. Стереотипы зыбки, но прочны, они рассеяны в наших мозгах скоплениями туманностей, мешают сосредоточиться. Фильм "Скоро весна" - о монахине, которая приняла постриг из горделивого желания убежать от любимого человека. Она живет на подворье некоего монастыря одна среди бывших воров и убийц, восстанавливающих храм. Ее бывший возлюбленный, сумасбродный бизнесмен, приезжает за ней.

Вот здесь начинается брожение рассудка. Наши стереотипы срабатывают, как капканы. Таких бизнесменов больше нет, говорим мы себе, они остались в анекдотах 90-х годов. В монастырь просто так не стригут. Никого эта "монахиня" не обманула бы, за время трудничества и послушничества ее любовные переживания и истерики выветрились бы довольно скоро. А если даже принять, что она стала монахиней, то кто ее, такую молодую, только недавно постриженную, поставил бы управлять уголовниками одну? Кто мог дать такое послушание? И почему нет священника ни в одной сцене? И что это за ночные ритуалы под открытым небом? Все неправда, говорит себе зритель.

Мудрецам не снилось, что основа сценария, написанного одним из интереснейших документалистов России Ириной Васильевой, лежит в ее трехсерийном фильме "Подворье" именно о таком монастыре и монахинях, которые в одиночку руководят строительством храмов. Конечно, не без смены, в послушание, с ирееями, но ситуация реальна, несмотря на всю свою невероятность. Оказывается, среди дидактических фильмов о Православии есть и такие, которые рассказывают о том, чего быть как бы и не может. Это тот образ Православия, который в массовой культуре отсутствует и не вяжется со стереотипами, но это одновременно и та часть реальности, которой у нас вообще никогда на экранах не было. Быт монахини, маргиналы, нашедшие свою новую жизнь в монастырских стенах, но еще далеко не святые люди – где такое можно было увидеть? И этот новый срез реальности гораздо важнее, нужнее, чем мелодраматическая история двух бывших любовников, которая только повод для рассказа о новом. Мы не знаем и не хотим знать о том, сколько монастырей в провинции было восстановлено и построено за последние двадцать лет, что за люди их строят, как они живут, сколько их. Между тем, речь идет о тысячах и десятках тысяч людей, не говоря уже о таком явлении как паломничество, которого нет в фильме Сторожевой, но которое выбивается, как фонтан, из недр русского секуляризированного народа. Мы не замечаем слона, а он есть, гонимся в провинцию за правдой, рассматриваем картинки, привезенные оттуда, и все же совсем не понимаем, что там творится. Фильм Сторожевой пройдет почти не замеченным, в этом я уверен. Нам пока что важнее синтетическая мифология массовой культуры, особенно если у нее закос под элитарность, чем жизни тех людей, которые проходят мимо нас по улице. Провинция закрыта на девять засовов, мы еще нескоро разберемся с ней и поймем что-то, кроме лозунга: "Хорошо иметь домик в деревне!"

/Интерфакс/

FacebookВ КонтактеTwitterGoogle PlusОдноклассникиWhatsAppViberTelegramE-Mail
Культура
Недвижимость
Последние новости
Главная
В России В мире Экономика Спорт Культура Москва
Все новости Все сюжеты Все фотогалереи