Особое удовольствие Peaches

Одна из самых ярких звезд электро-клэша нулевых, Peaches, продолжает активную деятельность, не взирая ни на бесконечные прогнозы смерти жанра, ни на очевидную экспроприацию ее идей главной звездой мэйнстрима Lady Gaga

Москва. 8 ноября. INTERFAX.RU - Новая работа 43-летней Мэрилл Бэт Нискер - ни много, ни мало, настоящая электро-рок-опера, как называет ее сама Peaches. Поставленная на сцене берлинского театра HEBBEL AM UFER, постановка "Peaches Does Herself" - это автобиографичная фантасмагория на основе песен со всех альбомов исполнительницы, призванная подвести итог десятилетней деятельности проекта и показать, как электро-андреграунд может не просто конкурировать, а запросто задвигать высоко-бюджетные шоу поп-звезд.

Играя со всеми своими сценическими образами и концептами, Peaches заполняет пространство сцены футуристическими декорациями, гигантскими вагинами, половыми членами во всевозможных проявлениях, ожидаемо плюется кровью, устраивает лазерное шоу и так далее. Помогают ей в этом интернациональный коллектив танцоров, ее группа Sweet Machine, главная муза, двухметровый транссексуал Дэнни Дэниэлс (Danni Daniels), разгуливающий совершенно голый в туфлях на гигантских шпильках по сцене и нью-йоркская трэш-кантри певица Сэнди Кейн (Sandy Kane), так же известная под именем Naked Cowgirl.

Это не первый ваш опыт работы в театре: в этом году вы уже ставили свою версию рок-оперы "Иисус Христос Суперзвезда" ("Peaches Christ Superstar", совместно с Чилли Гонзалесом, театр HEBBEL AM UFER (HAU), Берлин). Почему вы решили вернуться к этому жанру?

Ну, как это не странно будет звучать, все вышло не совсем по моей воле. В смысле, никто меня не заставлял, конечно, но в прошлом году ребята из HAU спросили меня, не хочу ли я сделать, что-нибудь не очень сложное на их сцене. Я согласилась, и мы с Джейсоном (Джейсон Бэк (Chilly Gonzales) поставили свой вариант оперы Эндрю Ллойда Уэббера. Это было такое "шоу одной женщины", где я исполняла все партии, а Джейсон играл на рояле - очень минималистичное и простое, надо признать. Премьера состоялась в марте этого года. После нее эти же ребята спросили меня: "Что будем делать дальше?". "Дальше?", - удивилась я. - "Я не хочу дальше, я не думала, что есть какое-то "дальше", все и так окей". Но они были категорически не согласны с такой точкой зрения. Они уже по-моему даже нашли в тот момент деньги на новый проект. По их мнению на этот раз это должна была быть оригинальная постановка. Вобщем, меня можно сказать поставили перед тем фактом, что "Peaches Christ Superstar" была только подготовкой с настоящему представлению.

Театральную деятельность теперь можно назвать вашим новым амплуа?

Вообще, я изучала театр, это практически моя специальность. Я хотела быть театральным режиссером, но никогда не думала о себе, как об актрисе.

Ну, у вас неплохо получается. Вы, наверняка, могли бы стать хорошей комической актрисой.

Да? Спасибо, ха-ха. Ну, вобщем, тогда ничего с театром не вышло - я начала серьезно заниматься музыкой, у нас была группа, мы много выступали и тусовались, и я как-то забила на всю эту театральную историю. Конечно, я старалась использовать свои знания в этой области для создания шоу на сцене, но часто переживала, что театральные приемы недостаточно непосредственны, как собственно сама музыка, на которую ты реагируешь мгновенно, без особенных интеллектуальных усилий.

И что привлекло вас в возможностях театра на этот раз? Что здесь есть такого, что вы не можете реализовать в рамках концерта?

В современном театре намного больше технических возможностей. По-крайней мере, для меня - вы же понимаете, у меня нет миллионных бюджетов, когда я готовлю шоу для клубов. Все, что вы видите на моих выступлениях это абсолютный лоу-баджет. Но смысл в том, что для меня это часть творческого процесса, это жизнь художника, а не марионетки, которой управляют клерки, работающие на мэйджора. Поэтому, театр помог мне реализовать многое из того, что я хотела. И главное, я смогла объединить мои песни в нарративную историю, соединить их так, чтобы получилось одно целое, не прибегая к помощи лишних слов. Это, кстати, то, что я не люблю в концертах - тебе нужно обязательно что-то говорить между песнями. На мой взгляд, это очень тупо. Ну и когда люди сидят и внимательно следят за происходящим на сцене, а не танцуют, курят и болтают, это необычные и новые для меня ощущения.

Наверное, особенное удовольствие доставляет и театральная публика, скандирующая со своих мест "F... the pain away!"?

О, да-да-да! Мы должны опробовать этот прием с более серьезной аудиторией. Здесь все-таки не совсем люди театра собрались, берлинская тусовка в основном.

Какое, кстати, будущее у этой оперы? Гастроли, фестивали, конкурсы?

Посмотрим-посмотрим. Пока ничего определенного. Но учитывая, что это продакшн серьезного театра, можно предположить, что будущее у нашего проекта все же есть. К тому же, я считаю, что мир готов для возвращения хорроров на театральные подмостки! Последние прецеденты были в 1970-х? Сорок лет назад то есть.

Вы определенно концептуальная артистка. Как бы вы описали концепцию оперы людям, которые ее еще не видели?

Ух, не уверена, что смогу сейчас сделать это. Окей, пьеса начинается, как автобиографическая история - девушка сидит в своей спальне, жмет на кнопки драм-машины и что-то бормочет себе под нос. Примерно так я и начинала. Но после того, как ее кровать превращается в огромную вагину, все трансформируется в тотальную фантастическую и сюрреалистическую сказку. Здесь я показываю все мифы и концепции, которые я придумала в ходе своей творческой деятельности, а также то, как трактовали их слушатели или критики, рассказываю о гендерных проблемах, о проблемах возраста, немножко о шоу-бизнесе в его общепринятом понимании. Примерно так.

Расскажите о команде, с которой вы работали. Насколько тяжело было работать с таким количеством людей?

Совсем не тяжело, а даже наоборот - очень приятно. Большинство из них это мои близкие друзья. Дэнни Дэниэлс, вообще, моя главная муза. Когда я встретила его в Лондоне, я была просто одержима им. Я думаю, вы можете меня понять - вы видели его сегодня на сцене, эстетически это существо высшего порядка. Сэнди Кэйн из Нью-Йорка я знаю тоже уже много лет, одно время она открывала мои шоу. Группа музыкантов - это моя группа Sweet Machine. Танцоры это вообще отдельная история. Я восхищена ими. В то время, как я пишу песни, используя для этого массу инструментов, они работают только со своим телом. Это очень круто. Работать со всеми было легко, потому что каждый знает мое творчество и хорошо понимает его. Это было здорово.

Две оперы за один год - это не слишком для новичка?

Это определенно слишком, учитывая, что в этом году я со своей группой придумала и поставила еще два полноценных клубных шоу - лазерное, в котором лазеры выступают в качестве саунд-контроллеров и шоу с инвалидной коляской. Один номер с лазерами вы видели в сегодняшней опере, на своей розовой инвалидной коляске я выезжаю на бис. Так же, я только вернулась из Кореи, где делала инсталляцию “Fan Base” - я соорудила там пещеру из вещей, которые люди на моих концертах бросают на сцену. Вобщем, да, этот год был на редкость продуктивным, ох.

Peaches Christ Superstar

Беседовал Артем Ушан

FacebookВ КонтактеTwitterGoogle PlusОдноклассникиWhatsAppViberTelegramE-Mail
Культура
Недвижимость
Последние новости
Главная
В России В мире Экономика Спорт Культура Москва
Все новости Все сюжеты Все фотогалереи
Конференции