"Окно в Европу прорублено и довольно широкое"

Один из основателей конкурса, бессменный член жюри, проректор Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковского Александр Бондурянский рассказал обозревателю interfax.ru о значимости танеевских конкурсов в музыкальном мире

"Окно в Европу прорублено и довольно широкое"

Москва. 8 декабря. INTERFAX.RU - Международному конкурсу камерных ансамблей имени С.И.Танеева уже больше 12 лет. Не так давно были подведены итоги третьего соревнования молодых камерных исполнителей, музыкантов из девяти стран мира. Но мало кто может подробно рассказать о том, как именно появился конкурс, кому и зачем он нужен, почему проводится в Калуге и каковы его цели и предназначение.

-Александр Зиновьевич, расскажите, пожалуйста, о конкурсе: как он появился, кто был его родоначальником?

-Начать, я думаю, надо с его истории. Дело в том, что мы с вами беседуем в классе, где преподавала в течение полувека замечательная педагог, музыкант, ученый, доктор наук, просветитель Татьяна Алексеевна Гайдамович. Здесь ее портрет…

-Я обратила внимание.

-И Татьяна Алексеевна, как и все мы, а может быть и в большей степени, была озабочена судьбой камерного ансамблевого исполнительства у нас в стране. Поэтому она еще в конце 80-х годов организовывала всесоюзные Курсы высшего ансамблевого мастерства. В ходе этих курсов выявилась необходимость создания в России конкурса камерных ансамблей, полномасштабного, солидного конкурса.

-Выходит, идея создания конкурса возникла почти 30 лет назад?

-Да, но реализовалась она значительно позже. Для этого конкурса было избрано имя Танеева, и этому были тоже серьезные причины. Сергей Танеев – абсолютно гениальный композитор, мировая величина. При этом его музыка была не столь популярна не только в мире, но и в нашей стране. Хоровая музыка исполнялась, а камерно-инструментальная не была распространена.

- И в чем же причина того, что не исполнялась камерная музыка?

-Во-первых, она чрезвычайно сложна для изучения и для понимания. Для ее успешного исполнения необходимо не только иметь технологически высокий профессиональный уровень, но нужна и настоящая зрелость музыканта. Причем успешность прочтения текстов Танеева обеспечивает не только эмоциональность восприятия музыки, но и серьезное рациональное постижение. Ведь помимо всего прочего Танеев был гениальным ученым и гениальным полифонистом. Он стремился к созданию новой русской музыки, которая вбирала бы в себя все, что накоплено музыкальной историей до этого. И на синтезе накопленных знаний он пытался, и весьма успешно, создать новую музыку. Это, конечно, определяет большую сложность его произведений. Поэтому концертирующие по России ансамбли, которых было в свое время не так уж много, старались как-то этого избегать. Достаточно сказать, что где-то в 70-х годах, 80-х, даже до середины 90-х, пока не начались конкурсы имени Танеева, «Московское трио» было единственным исполнителем трио Танеева.

-Это в России, а в мире?

-И в мире тоже.

-Ничего себе…

-Да, поэтому первой идеей было распространение музыки Танеева. Вторая идея – повышение уровня преподавания камерного ансамбля в вузах страны и вообще подъем уровня исполнительства камерных ансамблей. Третья – пробуждение интереса публики именно к камерному ансамблевому исполнительству. И четвертая идея была заложена изначально. Этот конкурс не должен был проводиться в Москве или Петербурге.

-Это как раз вызывает больше всего вопросов. Почему так?

-Потому что Москва и Петербург достаточно насыщены культурными событиями. А вот сделать центром камерного ансамблевого исполнительства региональный центр, эта задача казалась привлекательной.

-Почему таким центром стала именно Калуга?

-Дело в том, что Танеев родился во Владимире. Но тут уже все решает человеческий фактор. Хотя у них во Владимире филармония носит имя Танеева очень давно, владимирское руководство не проявило интереса к такому конкурсу. А бывший губернатор Калуги Валерий Сударенков как раз ухватился за эту идею и раскопал с помощью своих сотрудников, что Танеев приезжал в Калугу, участвовал в организации музыкальной школы Русского музыкального общества, приезжал туда с инспекцией этой школы, с концертами и подарил школе свой рояль. То есть связи обнаружились непосредственные.

-А начинался конкурс сразу как международный?

-Здесь тоже мудрость Татьяны Алексеевны Гайдамович. Вы знаете, что сейчас какой бы конкурс ни возник, он сразу международный.

-Видимо, с конкурсом им. Танеева было не так?

- Да, Татьяна Алексеевна решила, что он сначала будет всероссийским открытым для иностранцев. И когда после успеха второго конкурса стало ясно, что к нам едут, то тогда министерство культуры предложило статус международного.

-Каковы характерные особенности конкурсов?

-Помимо сложной программы, включающей сочинения Танеева, Гайдна, венских классиков, современной музыки, особенность является наличие внутри конкурса спецпрослушиваний на спецпремии. Эти прослушивания бывают посвящены совершенно разным вещам. В 1999 году это было связано с 200-летием Пушкина и была исполнена панорама русской музыки 19 века и это было очень интересно, потому что ребята-участники откопали сочинения, которые не звучали, наверное, десятилетиями, а то и столетиями. Это было очень интересно. Затем был конкурс музыки 20 века. Затем конкурс авангарда 20 века. И в нынешнем конкурсе это было спецпрослушивание на премию имени Гайдамович. Причем была свободная программа, то есть каждый ансамбль выбирал сочинения по своему вкусу, по своему творческому облику и это было чрезвычайно интересно. Одни играли музыку современных композиторов, другие играли музыку романтиков, третьи играли музыку отечественных композиторов 19-20 веков.

-Как я поняла, была действительно очень большая разница между тем, что играли конкурсанты даже судя по итоговому концерту. Например, литовцы играли что-то невероятное…

-Да, они играли этого Эндероваса.

-По-правде говоря, это поразило публику. Было что-то просто невероятное для восприятия.

-Это современное сочинение. И в то же время была музыка совершенно другого характера: Аренский, Танеев.

- Есть ли ограничения в основной программе конкурса?

-Что касается самой программы, то основным сочинением в каждой номинации является музыка Танеева. И вот это определяет очень серьезный подход самих участников, их педагогов, да и слушателей. А публика на всех прослушиваниях в Калуге была битком, несмотря на то, что прослушивания проходили и в дневное, и в вечернее время, и это были будние дни. Вот что вызывает очень большой интерес.

-Если подвести итог за все годы существования конкурса, оправдал ли он свои цели?

-Что касается распространения музыки Танеева, за эти пять конкурсов музыка Танеева зазвучала в 24 странах мира.

-За счет участников?

-Да, за счет людей, которые участвовали. Я считаю, что это большой успех. Кроме того, ее стали исполнять в 27 городах России. Это тоже очень красиво. Так что эта цель была также достигнута.

-Девять стран участвовало в третьем международном конкурсе. А до этого были те же самые страны?

-Нет, это были Китай, Великобритания, Австралия, США, Латвия, Испания один раз была. Многие страны участвовали.

-То есть международный состав меняется?

-Меняется постоянно. Всегда присутствует международное жюри. В нынешнем конкурсе это представители Белоруссии, Украины, Великобритании, Штатов, Литвы. И в этом году результат тоже очень хороший, потому что среди участников были не только представители Москвы и Петербурга, но были и Ростов, и Нижний Новгород, и Калуга. Так что результатами конкурса мы можем быть довольны, тем более он выявил целый ряд замечательных ансамблей.

-И они теперь ведут концертную деятельность?

-Вот это вопрос вопросов. Потому что с переходом на рыночную экономику российские филармонии перестали брать в свой штат молодые камерные ансамбли.

-Почему?

-Дело невыгодное.

-На них не ходят?

-Ну, во-первых, когда имеешь дело с молодыми, надо прилагать усилия к организации концертов. Во-вторых, камерная музыка – это все-таки не поп-музыка. Она требует подготовленного слушателя. И его надо готовить. Я отнюдь не идеализирую советские времена, но вот скажем мы с моими коллегами, когда были молодыми, тоже участвовали в четырех международных конкурсах, побеждали. И каждый раз, когда мы приезжали после конкурса, издавался приказ министерства культуры, предписывающий концертным организациям включать лауреатов в гастрольные концертные туры. Сейчас этого нет и во многих, я знаю это не понаслышке, периферийных филармониях концертные сезоны как таковые сошли на нет. Есть разовые концерты, под которые находятся деньги. А планомерного сезона нет.

Это очень обидно, потому что у нас в стране замечательный слушатель. И не только в Москве и Петербурге. В свое время мы ездили по всему союзу. И когда попадали и в Магадан, и на Чукотку, и куда-то в заполярье, в Норильск например, или куда-нибудь в среднюю Азию, мы везде находили очень хороших подготовленных слушателей. Сейчас они лишены возможности общения с живым исполнителем.

-По всей видимости, зрители еще и отвыкают от того, чтобы ходить на такие концерты?

-Безусловно, главное, меняется поколение. И новое поколение, не приученное к этому, в общем отпадает. И конечно, это бьет рикошетом по молодым исполнителям. Потому что чтобы создать ансамбль, нужно потратить годы труда. И для молодых артистов, и для наставников это благодатная, но очень тяжелая работа.

И в итоге остаются на плаву очень немногие. Люди вынуждены искать себе работу. Один работает в одном оркестре, другой в другом. Не совпадают возможности для репетиции и таким образом ансамбли распадаются. Тем не менее, все-таки танеевские конкурсы дали путевку в жизнь очень хорошим ансамблям. Я могу назвать "Альянс-трио", "Консонанс-квинтет", "Кредо-квартет", "Сезар-квинтет".

-"Сезар-квинтет" - это же ваши ученики?

-Да.

-Они сейчас выступают?

- Они выступают, у них есть какие-то приглашения, но в общем я могу их удерживать до тех пор, пока они находятся в лоне Московской консерватории. Дальше все будет гораздо сложнее.

Еще есть одна хорошая черта у танеевских конкурсов. Те, кто получает у нас лауреатские звания и становятся дипломантами, они с большим успехом выступают на любых других международных соревнованиях и завоевывают там высокие места.

-У нас настолько высокий уровень?

-Да, он дает уже какую-то возможность претендовать на высокие места на самых разных конкурсах. Это тоже очень приятно. С другой стороны, авторитет конкурса проявляется и в том, что в нем участвуют те, кто уже получили лауреатство на других конкурсах.

-Есть ли в конкурсе политический момент? Насколько беспристрастно принимаются решения? Есть ли подоплека в выборе лауреатов?

-Прежде всего, профессиональный уровень. Это определяющий момент. С другой стороны, конечно, все члены жюри, так или иначе, связаны с камерным исполнительством и понимают, сколько трудов это стоит. Поэтому если есть возможность поощрить молодых исполнителей, то мы на это идем и считаем, что это правильно. Это не значит, что мы кому-то потакаем. Но когда на весах оказывается возможность отстранить того или иного участника или дать ему шанс, то мы склоняемся ко второму варианту.

Если говорить о работе жюри, то я могу сказать, что решения принимаются не исходя из подсчета баллов и взвешивания микроскопических долей. Этот чисто спортивный момент был сразу отринут. У нас происходит очень интересное музыкантское обсуждение. Причем для меня это школа. Такие обсуждения, которые касаются камерного исполнительства, вопросов подхода к прочтению текстов того или иного сочинения. Для меня это очень большая школа, поэтому каждый танеевский конкурс требует нового витка в работе.

-Даже для вас?

-Почему даже?

-Вы председатель жюри , значит профессиональнее вас априори никого нет.

-Ничего-ничего подобного. Я не согласен с этим, потому что каждый из членов жюри на другом конкурсе является председателем, и мы приглашаем именно людей, которые обладают действительно настоящим авторитетом в музыкальном мире. Поэтому тут нет такого "бронзообразного" момента.

У нас действительно идет очень интересный, очень серьезный разговор. И по поводу каждого выступления, и по поводу каких-то общих вопросов. Так что это становится очень интересным и значимым событием для всех.

-Какие перспективы у конкурса? Из каких стран вы предполагаете приглашать участников?

-Я думаю, что распространение конкурса будет продолжаться, и думаю, что появятся участники. Хотелось бы, чтобы из Польши приехали, из Германии, из Франции. Во всяком случае, окно в Европу прорублено и довольно широкое. Я думаю, что поток оттуда пойдет. Но самое главное – это активное участие музыкантов.

-Как обстоят дела с распространением камерной музыки за рубежом? Каковы тенденции? Она там тоже не так популярна или дела обстоят иначе?

-Нет, там немножко другая ситуация. Дело в том, что в Европе, как и когда-то в России было очень распространено домашнее музицирование. И оно продолжает быть таким же распространенным. У меня есть друзья в разных странах. Это врачи, инженеры, ученые, которые с удовольствием собираются и музицируют. Причем они не просто музицируют, они очень хорошо знают музыку. Они знают музыку настолько хорошо, что ты иногда чувствуешь, что надо держать ухо востро.

-Неужели это настоящие камерные ансамбли?

-Да.

-Видимо, эти же люди ходят и на концерты.

-Эти люди ходят и слушают, и потом там, скажем, в Германии, в Австрии, культивируется посещения концертов серьезной музыки вообще и камерной в частности.

- И последний вопрос, без которого сегодня, пожалуй, обойтись нельзя. Как существует культура в ситуации финансового кризиса?

-Ну, конечно, это не может не отражаться. С одной стороны у нас сохранилась система государственной поддержки, на которую мы очень рассчитываем. В то же время, рассчитывать на бизнесменов в условиях кризиса довольно сложно.

И последствия кризиса будут заметны. Сейчас мы еще живем какой-то инерцией прошлого. На западе это уже заметно. Потому что там инерция не столь мощная. Я знаю, что в Германии, во Франции сокращаются суммы финансирования социальных сфер, конечно, это затрагивает и финансирование культуры.

С другой стороны, культура привыкла выживать. Культурный процесс нельзя остановить. Так бывало во все времена. Скажем, абсолютно нищий Шуберт писал гениальную музыку, независимо от того, платили ему или не платили. Тот же Моцарт, который свой путь завершил в общей могиле, жил в долгах, в нищете. Я не хочу сказать, что среди нас сейчас есть моцарты и шуберты. Го ведь даже когда были трудные времена, и в 90-х годах не платили зарплату, ведь никто не ушел из консерватории. И это понятно. Это было, собственно, во всех консерваториях и нашей страны, и бывшего Советского Союза. Трудно было, но никто это дело не бросил.

Мы вообще счастливые люди. Если говорить высоким слогом, то у нас профессия совпадает с призванием. То есть мы занимаемся тем, что мы любим. Поэтому да, ты можешь иногда поскулить, что тебе не хватает денег, но все равно ты придешь в класс и будешь учить и будешь играть сам.

СПРАВКА:

Международный конкурс камерных ансамблей имени С.И. Танеева появился в 1996 году. И с тех пор проводится каждые три года. В 2008 году он прошел в пятый раз, в том числе в третий в статусе международного. Он финансируется министерством культуры и администрацией Калужской области, а у нынешнего конкурса появился спонсор в лице фондовой биржи ММВБ, который обеспечил премиальный фонд.

Третий Международный конкурс С.И.Танеева проходил в Калуге с 17 по 23 ноября.

В жюри конкурса вошли профессора и музыканты из России, Белоруссии, Украины, Литвы, США и Великобритании. Председатель жюри - народный артист России, проректор МГК им. П.И.Чайковского Александр Бондурянский.

Среди участников были молодые музыканты из России, Болгарии, Италии, Кореи, Китая, Украины, Белоруссии, Молдовы и Литвы.

Лауреатами первой премии стал "Сезар-квинтет" (Россия). Первая премия конкурса составила 162 тыс. рублей.

Обозреватель Светлана Гильдюк

/Интерфакс/

FacebookВ КонтактеTwitterGoogle PlusОдноклассникиWhatsAppViberTelegramE-Mail
Культура
Недвижимость
Последние новости
Главная
В России В мире Экономика Спорт Культура Москва
Все новости Все сюжеты Все фотогалереи