Николай Никифоров: проблемы не в интернете, а в реальной жизни

Глава Минкомсвязи поделился своим видением будущего мировой архитектуры интернета и рассказал, чего ждать после 1 сентября

Николай Никифоров: проблемы не в интернете, а в реальной жизни
Фото: Пресс-служба Минсвязи РФ

Москва. 24 июня. INTERFAX.RU - Министр связи и массовых коммуникаций РФ Николай Никифоров в интервью "Интерфаксу" прокомментировал актуальные темы из мира интернета, телекоммуникаций и почтовой связи. Он поделился своим видением будущего мировой архитектуры интернета, рассказал, чего нам ждать после 1 сентября, когда интернет-сервисы будут обязаны хранить данные россиян на серверах внутри страны, а также о том, как идет работа по изменению законодательства в почтовой и телекоммуникационной отраслях.

- В России сегодня актуальна тема импортозамещения. Чиновники и эксперты обсуждают, как сделать нашу страну более независимой от импорта товаров и технологий. Минкомсвязи подготовило достаточно амбициозный план импортозамещения софта. Он предусматривает, что в большинстве сегментов российского корпоративного рынка отечественный софт должен занять не менее 50% к 2025 году. Один из первых шагов на этом пути - создание автономной некоммерческой организации (АНО), которая будет заниматься распределением правительственных грантов разработчикам ПО. Проект распоряжения правительства о создании АНО должен был быть подготовлен до 1 июня. Однако его пока нет…

- Мы готовы ее создавать, направили соответствующе предложение в Минфин, Минэкономразвития, идет нормальный диалог с точки зрения поиска правильного инструмента. Еще раз повторю позицию Минкомсвязи - мы считаем, что нужно поддержать разработчиков системного программного обеспечения грантами от правительства. Гранты должны идти только на зарплату. Правительство может софинансировать часть зарплаты - вот наш подход. Нам бы хотелось, чтобы эти решения принимались как можно быстрее.

Учредителем некоммерческой организации может быть правительство или Минкомсвязи. В идеале в нее должны войти представители индустрии. Не государственные служащие должны управлять этим процессом. Государство просто должно подставить отрасли плечо.

Технические принципы должна отрабатывать сама индустрия. Более того, напомню, что мы против создания закрытых национальных продуктов. Мы выступаем за открытые международные платформы, опираясь, в том числе, на наше сотрудничество с коллегами по блоку БРИКС. Они это поддерживают.

Работа с индустрией идет. Огромное количество встреч с зарубежными коллегами у меня было посвящено этому вопросу на Петербургском экономическом форуме. Рассчитываем на поддержку экономического блока правительства. Решение, надеемся, будет принято в ближайшее время, дистанцироваться от этой темы бесполезно. Проблема сама собой никуда не денется и не рассосется. РФ должна предпринимать решительные шаги по поддержке демонополизирующего программного обеспечения и созданию баланса не только в нашей стране, но и во всем мире.

Очевидно, что мировая монополия в сфере программного обеспечения настолько сильна, что ни одна компания, ни даже целая страна не может в одиночку эту проблему решить. Нужна поддержка государства с точки зрения грантовой помощи, и тогда ситуации сдвинется с мертвой точки.

- Расскажите о позиции Минкомсвязи в отношении законопроекта о «праве на забвение». Складывается ощущение, что Минкомсвязи не участвует в работе над этим документом. Депутаты Госдумы предложили этот проект, интернет-отрасль резко возражает. Недавно состоялась встреча представителей интернет-компаний с депутатами, на которой удалось найти точки сближения, но остается нерешенным один из важных вопросов – должны ли сами интернет-поисковики оценивать правомерность запросов на удаление информации? Они в ужасе от такой перспективы. Какое у вас мнение?

- Официальный отзыв на законопроект формирует правительство. Минкомсвязи готовит свое предложение, мы его уже направили на согласование. Будут учтены мнения других ведомств, и правительство в итоге сформулирует свой официальный отзыв.

Хорошо, что интернет-индустрия ведет прямой диалог с законодателями, которые инициировали этот законопроект, на площадке профильного комитета Госдумы.

Мы считаем, что неправильно наделять поисковики функциями удаления ссылок без верификации, без понимания, кто направил запрос на удаление, то есть, по сути, заставлять их брать на себя полномочия судов. Это один из пунктов, который есть в нашем предложении к отзыву правительства.

Но, исходя из процедуры, нужно все-таки дождаться официальной позиции правительства по законопроекту. Другие комментарии сейчас преждевременны.

- Почему застопорилось продвижение законопроекта о совместном использовании частот, подготовленного сенаторами и принятого Госдумой в первом чтении?

- Мы в принятии этого закона крайне заинтересованы. Это естественный ход технологического прогресса. У сенаторов с Госдумой идет свой диалог, считаю некорректным его комментировать. Минкомсвязи подготовило похожий законодательный акт. Какой из них в итоге будет принят, зависит от наших коллег-законодателей. Еще раз повторю позицию министерства - мы крайне заинтересованы, чтобы совместное использование спектра было как можно скорее реализовано.

- Еще одно регуляторное решение, которого ожидают мобильные операторы – разрешение на использование технологии Voice over LTE. Силовые ведомства задерживают согласование приказа Минкомсвязи, разрешающего применение VoLTE.

- Действительно, приказ находится на согласовании и технической проработке. Операторы провели первые эксперименты, технология очень хорошая, мы ее полностью поддерживаем и хотим, чтобы как можно скорее в нашей стране голос передавался по сетям LTE.

Как у всякой новой технологии, возник вопрос согласования технических параметров с правоохранительными органами, но мы не драматизируем эту ситуацию. Уверены, что в ближайшее время сможем найти необходимые компромиссы для того, чтобы технология заработала. Мы прилагаем все усилия для этого.

Сегодня практически все современные смартфоны поддерживают VoLTE. Смартфон не должен переключаться, выходить из LTE назад в 3G, 2G. Все эти переключения серьезно влияют и на качество и создают ненужную нагрузку на сети.

- Есть ли позитивные подвижки в процессе согласования с правительством и ЦБ проекта по созданию почтового банка?

- Я не готов комментировать ход принятия решения правительством, но позиция Минкомсвязи в том, что почтовый банк - это естественный ход развития "Почты России". Мы считаем, что это должна быть организация, находящаяся в непосредственном ведении "Почты России", чтобы население могло получать базовые финансовые услуги в почтовых отделениях. Мы не считаем, что это должен быть банк с полноценным набором функций и сервисов. Он не должен заниматься цветными металлами, ценными бумагами, может быть, даже валютой. Простейшие депозиты, кредиты, банковские карты, переводы – вот продукты для почтового банка. Решение о создании банка может быть принято в любой момент, никаких формальных препятствий нет. Согласование - за правительством, потому что это крупная сделка, а "Почта России" - стратегическое предприятие.

- Банк будет создаваться по ранее обсуждавшейся схеме - путем покупки небольшой кредитной организации и создания сети на базе отделений "Почты"?

- Это наиболее быстрый путь. Любое государство, в том числе и правительство России, заинтересовано в том, чтобы доля наличных средств в экономике уменьшалась. Для этого нужны банковские услуги. Банки ушли из малых населенных пунктов, там, кроме почты, нет ничего, поэтому почта должна оказывать там банковские услуги. Для этого у почты должен быть свой банк. Это, в том числе, позволит продолжить повышение зарплаты на почте, потому что любой заработанный рубль от финансовых услуг на повышение зарплаты сотрудникам.

- Вы довольны темпом реформы "Почты России"? Законодательный процесс буксует, не приняты до сих пор ни закон «О почтовой связи», ни об акционировании «Почты», насколько это мешает самой реформе?

- Стратегия реформирования "Почты России" - пусть и самого крупного, но, тем не менее, лишь одного из сотен предприятий почтовой отрасли, может быть реализована и при действующем законодательстве. Однако новый закон "О почтовой связи", который находится на рассмотрении в Госдуме, подразумевает в том числе запуск инновационных услуг: государственной электронной почты, а также введение недискриминационного доступа других операторов к государственной почтовой инфраструктуре.

Сможем ли мы без нового закона увеличить скорость доставки почтовых сообщений по стране? Да, сможем. И уже добились серьезного прогресса. Сможем ли мы преобразить наши почтовые отделения? Сможем и уже преображаем, реализуем пилотные проекты. Сможем ли мы избавиться от очередей в почтовых отделениях? Да, за счет организационных механизмов и эффективного менеджмента. Сможем ли мы запустить инновационные услуги? Нет.

Законопроект находится на рассмотрении в Госдуме, сформулировано большое количество поправок, подготовлена версия ко второму чтению. Мы заинтересованы в скорейшем принятии законопроекта, но критичных моментов с точки зрения реализации стратегии «Почты России» здесь нет. Мы довольны развитием «Почты», и за эти два года видим улучшение финансовых показателей и повышение скорости доставки, особенно в центральной части России, в Московском регионе, и серьезно занимаемся оптимизацией логистики в целом по стране. Выручка растет, предприятие показало неплохую прибыль – 1,2 млрд рублей - впервые за многие годы. Растет заработная плата персонала, объемы интернет-посылок. Почта востребована, и качество услуг почты становится лучше.

- Будет рост выручки у "Почты России" по итогам 2015 года?

- Безусловно. Я не готов назвать конкретную цифру, но сейчас мы везде видим рост по всем показателям. Если взять выручку за полугодие, мы видим серьезный рост доходов.

- По поводу сети связи для спецпотребителей. Мы правильно понимаем, что от того, будет ли создана эта сеть, зависит и возможность продажи госпакета "Ростелекома"?

- Нет, жесткой зависимости нет. Эту сеть нужно создавать в любом случае. Стратегическая национальная безопасность для нас является приоритетной. Поэтому органы госуправления, особенно отвечающие за безопасность и правопорядок, конечно, должны иметь такую выделенную инфраструктуру. На самом деле они имеют ее даже сегодня, речь идет о том, что она должна стать полноценной, представлять все виды услуг, и в идеале базироваться на российском оборудовании.

- А почему "Ростелеком" не может на своей действующей сети оказывать защищенные услуги?

- "Ростелеком" и оказывает услуги спецпотребителям. Но при этом в основном используется зарубежное оборудование, эта сеть обслуживает и гражданских потребителей. Речь идет о том, что должна быть выделенная сеть именно для нужд государственного управления, безопасности и охраны.

- Возможен ли сценарий приватизации "Ростелекома" без строительства такой сети в случае улучшения рыночной конъюнктуры?

- У правительства нет самоцели приватизировать те или иные активы. Они могут быть проданы, если это целесообразно экономически и с точки зрения управления. Сегодня приватизация "Ростелекома" не целесообразна ни с точки зрения управления, ни тем более экономически. Однако прямой связи между созданием интегрированной сети связи и приватизацией "Ростелекома" нет. Могут быть найдены организационные и технические решения того, как спецпотребители будут обслуживаться и в условиях уменьшения доли государства в этой компании.

Но это вопрос акционера и его риска. Это полномочия Росимущества и вопрос к самим спецпотребителям, насколько они готовы согласовать такие действия. Есть примеры компаний, где нет контроля государства, тем не менее они вовлечены в очень ответственные проекты, связанные с обороной и безопасностью. Поэтому здесь могут быть найдены решения и в акционерных соглашениях, и иных организационных схем. Я бы не увязывал вопрос о строительстве сети специального назначения и приватизацию "Ростелекома".

- По поводу закона о персональных данных, который 1 сентября вступает в силу. Не очень понятно, готовы ли даже крупные игроки к выполнению требования этого закона, то есть переносу данных россиян на российские серверы, не говоря уже о более мелких игроках. Что произойдет после 1 сентября, прекратят ли работать привычные россиянам сервисы. Возможен ли перенос этой даты?

- Компании активно готовятся к вступлению закона в силу. Если у них возникают вопросы, они их задают Роскомнадзору, нашему министерству. Мы проводим достаточно много консультаций и разъяснений. Драматических ситуаций мы сегодня со стороны компаний не видим. Было много вопросов, связанных, к примеру, с авиабилетами, другими видами услуг. Я хочу напомнить, что в законе предусмотрен юридический механизм так называемых изъятий: если те или иные виды деятельности регулируются международными соглашениями или профильным законодательством, они не попадают под действие этого закона.

Я уверен, что граждане России 1 сентября ничего не заметят, привычные им сервисы продолжат функционировать. Другое дело, что у Роскомнадзора появятся основания задавать вопросы тем операторам персональных данных, которые закон соблюдать не будут. В таком случае предусмотрены штрафы.

- И блокировки…

- Если посмотрим саму процедуру, блокировка это не первая мера, которая принимается, поэтому я бы не драматизировал ситуацию. Нам свойственно сгущать краски в отношении тех или иных законодательных актов. Много говорили про черный список сайтов, антипиратский закон. Тем не менее, ничего страшного не случилось. Уверен, что закон о персональных данных позволит защитить данные жителей России, при этом даст дополнительный импульс рынку по хранению, обработке данных, развитию технологий, связанных с этим.

- Я правильно понял, что далеко не все компании успеют перенести свои данные к 1 сентября, но Роскомнадзор воздержится от карательных мер, а будет просто спрашивать, что происходит?

- Роскомнадзор будет действовать строго в соответствии с законом. Если читать саму процедуру, ничего драматичного в ней нет. Многие готовятся к вступлению закона в силу.

- А крупным зарубежным соцсетям тоже придется переносить данные? Считаются ли данные аккаунта в Facebook - фамилия, имя - персональными данными? Нужно ли Facebook или Twitter переносить данные россиян в Россию?

- Определение персональных данных есть в законодательстве.

- Оно достаточное общее и размытое.

- Персональные данные – это сведения, однозначно определяющие человека. Если в Facebook есть однозначно определяющие данные, то ему нужно готовиться к вступлению закона в силу.

- А у вас есть информация, готовится ли он к такому переносу?

- У нас нет информации, как Facebook готовится. Ничего технически сложного в переносе данных нет.

- В интернет-отрасли говорят, что имеющейся в России емкости дата-центров может не хватить для всех желающих разместить данные.

- Это не соответствует действительности. Это спекуляция. В нашей стране построено огромное количество дата-центров. Места в российских дата-центрах хватит точно.

- "Ростелеком" выдвинул инициативу – передать ему полномочия оператора электронного правительства, чтобы он получил новые возможности монетизации связанных с ним сервисов. Как к этому относится Минкомсвязи?

- "Ростелеком" сегодня - единственный исполнитель этого проекта. Оператором является Минкомсвязи. Государственные функции невозможно передать частным компаниям, даже если в них определенная доля государственного капитала. Мне кажется, говорить о передаче "Ростелекому" полномочий по выполнению государственной функции оператора этой системы некорректно, и речь должна идти лишь о том, как оптимизировать расходы на инфраструктуру электронного правительства. Оптимизацией расходов мы занимаемся.

- "Ростелеком" просит разрешить ему продавать эти данные другим игрокам…

- Это преждевременное предложение, нуждающееся в детальной проработке. Не дело приторговывать данными граждан России.

- Минкомсвязи выдвигало идею либерализации рекламного рынка, чтобы помочь медиа, которые столкнулись с падением продаж: разрешить рекламу алкоголя, рецептурных лекарств. Идея эта обсуждается или уже от нее отказались, потому что другие ведомства выступили против?

- Я хотел бы отметить, что комплекс наших антикризисных предложений для медиаотрасли включает два направления: больше зарабатывать и меньше тратить. Либерализация рекламного законодательства - это про то, как больше зарабатывать. Теперь законодатель должен решить, где мы готовы пойти на те или иные послабления, а где - нет. Это сложный поиск компромиссов. Мы как отраслевое министерство, предлагаем эти поправки, но решение принимают законодатели. Это поиск некоего баланса. Закрыть глаза на проблемы медиаиндустрии будет, мягко говоря, некорректно, потому что объективное падение доходов рекламного рыка просто приведет к тому, что мы увидим обанкротившиеся редакции, безработных журналистов, и вряд ли это может быть целью государства. Поэтому нужно искать компромисс. Нужно даже такие непростые вопросы обсуждать и находить по ним решения.

А вторая задача антикризисного плана - это меньше тратить, быть эффективными, оптимизировать, в том числе, редакции.

- Уже вроде все оптимизировали…

- Ну, отлично, значит эффективность возросла. Чудес не бывает.

- А что слышно про возможные послабления закона об ограничении иностранного владения в СМИ? Говорили, что могут вывести из под него детские и развлекательные ресурсы…

- Мне неизвестно об этом. Мое мнение - российские законодатели вряд ли на это пойдут, особенно с учетом того, что сейчас в целом происходит, в частности, в Европе.

- А что там происходит?

- В Европе происходят аресты российских активов, в том числе, как раз медийных компаний. Есть информация об аресте счетов ТАСС, Russia Today и т.д. Такое впечатление, что нашим зарубежным коллегам изо всех сил хочется не дать работать российским СМИ, доносить правдивое альтернативное видение. Сначала им не давали визы, потом в них стреляли, теперь им не дают работать.

- Стреляли на Украине…

- Украина же любит называть себя Европой. Поэтому это все звенья одной цепи - визу не дать, стрелять, не давать работать, сейчас блокировать деятельность. Поэтому, я считаю, что если говорить о какой-то ангажированности российских медиа по отношению к происходящим событиям, то нужно нашим зарубежным коллегам обратить внимание, прежде всего, на самих себя. Потому что в этих условиях ангажируют их как раз наши европейские партнеры своими действиями.

- То есть, они делают хуже нашим медиа, а мы делаем хуже иностранным собственникам наших медиа…

- Законодатели приняли этот закон в рамках геополитической ситуации, в которой оказалась наша страна, столкнувшись с недружественными действиями зарубежных коллег. Поэтому говорить сегодня о том, что наши законодатели пойдут на либерализацию законов, которые были приняты всего около полугода назад, в условиях, когда мы видим целенаправленные действия по блокированию работы российских СМИ за рубежом под прикрытием взыскания якобы имеющихся долгов, не приходится.

- Идея Российского союза правообладателей о глобальной лицензии похоронена окончательно?

- Я считаю, что эту тему нужно обсуждать без эмоций. Давайте посмотрим на сухие факты. Российской Федерацией за последние два года предпринятые серьезнейшие шаги по борьбе с пиратством в сети интернет. Тем не менее, эта проблема по-прежнему актуальна и в России, и везде в мире. Эффективно работает закон по борьбе с пиратством в части видеофильмов, с 1 мая он расширился на музыку, на другие виды контента, тем не менее, эту работу нужно усиливать. Ее невозможно усиливать только со стороны государства. Если правообладатель не обращается в Мосгорсуд с требованием заблокировать его ресурс, государство не может это сделать само, здесь нужна инициатива с разных сторон. Концепция глобальной лицензии, когда мы говорим о покупке каждым гражданином нашей страны некой индульгенции на воровство (заплатил 25 рублей, и после этого ты легальный вор) - странный подход, мы против него. Мы считаем, что, во-первых, он концептуально ошибочен в своей основе, во-вторых, он технически нереализуем, и я, как министр связи РФ, официально заявляю, что это технически несостоятельный подход. 

Эта концепция предполагает анализ всего трафика абонентов. Даже если мы нарушим права и свободы человека и будем контролировать все, что он передает и получает по интернету, чтобы выявить тот или иной контент, мы увидим лишь маленькую часть того, что происходит в сети. Значит, наша выборка будет нерепрезентативна, и мы неправильно распределим среди правообладателей собранные с абонентов деньги.

Мы считаем, что правообладатели и связисты смогут найти взаимоприемлемые технические и юридические решения для продолжения решительной борьбы с пиратством. Но не должно быть таких радикальных мер, как глобальная лицензия, которая, еще раз повторю, по сути дела является индульгенцией на воровство.

- Концепцию Общественной палаты, предусматривающую договорный принцип управления правами и создание реестра объектов авторского права, вы поддерживаете?

- Мы - за реестры прав, за то, чтобы их было несколько, и они конкурировали, чтобы не было монополии.

В законопроекте о "праве на забвение" и в идее глобальной лицензии мы все время пытаемся выпрыгнуть из судебной экосистемы принятия решений. Нельзя этого делать, мы правовое государство, поэтому нужно совершенствовать действующие механизмы. Я убежден, что мы месяц за месяцем будем выходить на интересные технические и организационные решения, чтобы усилить борьбу с пиратством.

- Помощник президента Игорь Щеголев говорил, что сейчас в ведомствах изучаются вопросы налогообложения иностранных интернет-сервисов, того же iTunes. Как идет эта работа?

- Такая работа действительно идет. Это не российская новелла. Наши европейские коллеги здесь гораздо дальше продвинулись, приняв уже целый ряд нормативных актов, касающихся налоговых платежей и, по сути, юрисдикции происходящих в виртуальном пространстве финансовых транзакций. Поэтому убежден, что и в Европе, и в России определенные решения будут приниматься. Главное, чтобы, еще раз повторю, это происходило в тесном контакте с индустрией, чтобы решения работали на создание новой экономической стоимости, а не на разрушение. Сегодня магазины приложений и цифрового контента часто находятся вне правового поля, в виртуальном пространстве, в юрисдикции зарубежных стран. Это, конечно, вызывает справедливые вопросы и наших налоговых органов, и министерства финансов. Мы готовы им здесь помогать, оказывать технологические консультации относительно сути происходящих транзакций, чтобы выработать правильные механизмы.
 
 - Возможно ли заставить Apple или Google платить налоги в российский бюджет, если это иностранные юрлица, физически не присутствующие на территории России?
 
 - Давайте понаблюдаем за правоприменением в Европе, которое не так давно заработало. По сути, привязка начисления налога в ЕС реализована по месту приземления IP-адреса. С нашими европейскими коллегами мы находимся в тесном контакте. Могу сказать, что, несмотря на общий негативный фон, в части инфокоммуникационных технологий у нас очень хороший контакт, и мы имеем очень схожие взгляды на многие проблемы, в том числе и на вопросы, связанные с налогообложением.
 
 - Расскажите о подготовке телекоммуникационной инфраструктуры к Чемпионату мира по футболу 2018 года. Действительно ли есть план назначить "Ростелеком" единственным подрядчиком?
 
 - Нет, это не рассматривается. Сети надо строить на конкурентной основе. У нас много операторов.
 
 - А как они будут договариваться между собой, делить спортивные объекты?
 
 - На каждом объекте нужно несколько операторов, резервные линии связи. Кстати, в Сочи мы столкнулись с проблемой во взаимоотношениях «Мегафона» - спонсора Олимпиады – и других игроков, приходилось внедрять специальные технологии межоператорского роуминга. Это было не совсем правильно. Мы - за конкуренцию, считаем, что на стадионах одинаково должны присутствовать все сотовые операторы. От стадиона должны отходить каналы связи разных операторов, поэтому вопросы единственного исполнителя могут рассматриваться с точки зрения системы интеграции проекта, но это точно не должен быть какой-то один монопольный оператор связи.
 
 - А не случится так, что например, какой-нибудь стадион будет недостаточно покрыт мобильной связью, потому что операторы решат, что это им невыгодно?
 
 - Минкомсвязи этого не допустит.
 
 - Какие будут механизмы влияния?
 
 - Организационные.
 
 - Вы будете собирать всех операторов, и убеждать их строить сети?
 
 - У нас нормальный диалог. Исключена ситуация, при которой на каком-либо стадионе не будет связи. Связь будет везде, хорошая. На сочинской Олимпиаде установили очень высокую планку по скорости и объему передачи данных. Уверен, что на Чемпионате мира будет установлен очередной рекорд мирового значения. Никаких сомнений быть не может.
 
 - Как вы относитесь к последней инициативе Роспотребнадзора - блокировать сайты недобросовестных интернет-торговцев и агрегаторов?
 
 - Я очень скептически отношусь к тому, что все проблемы в нашей жизни можно решить путем блокировок. Как только появился реестр "черных сайтов", с тремя видами сведений, прямо предусмотренных законом - детская порнография, суицид и наркотики - у остальных отраслей возник соблазн все проблемы в стране решать путем блокировок. Не бороться с проблемами, а просто блокировать. Вряд ли это конструктивный путь. Всегда нужно решать саму проблему. Поэтому я не могу пока согласиться с таким подходом, нужно внимательно посмотреть все доводы. Блокировать можно только то, в отношении чего мы есть единогласный общественный консенсус. Таких тем не так много. И здесь нужно быть осторожным.
 Мы ежемесячно отбиваем ту или иную инициативу блокировать что-нибудь еще. Проблемы же не в интернете, а в реальной жизни. Интернет - это средство общения людей. Давайте блокировать автомобильные дороги, потому что в автомобилях по ним ездят преступники, перевозят наркотики в машинах. Нужно заблокировать автомобильные дороги. Проехал по ней преступник с наркотиками - заблокировать магистраль "Чита - Хабаровск". Это неправильный подход.
 
 - Вы неоднократно выступали за передачу управления интернетом от ICANN в Международный союз электросвязи. Насколько вероятно, что структура, которая сейчас управляет интернетом, согласится отдать управление кому-то еще?
 
 - Ваш вопрос нужно адресовать министерству торговли США. Напомню, что 30 сентября 2015 года истекает государственный контракт, специально подчеркиваю эти слова - "государственный контракт" между министерством торговли США и американской компанией ICANN на управление критической инфраструктурой интернета.
 Наши зарубежные американские партнеры многократно заявляли о своих намерениях передать управление критической инфраструктурой мировому сообществу, как они это говорят, по модели малтистейкхолдеризма (multistakeholderism). К сожалению, чем ближе мы к 30 сентября, тем больше мы слышим риторики, что человечество не способно справиться с управлением интернетом, нет других достойных организаций из стран, которые способны потянуть такую сложную задачу. Что с этим способны справиться только США. Я не выдумываю эти слова, они прозвучали на недавних слушаниях в Конгрессе. Не верят они, что человечество способно справиться с управлением всемирной сетью.
 Поэтому мячик на стороне наших американских партнеров. С эффективностью их управления мы уже столкнулись, когда удалялись домены, зарегистрированные на юридических или физических лиц, находящихся в Крыму. Это происходило по указу администрации США, невзирая на предыдущие заявления с трибун о том, что интернет находится вне политических решений, вне государственного управления. Вот такая политика двойных стандартов присутствует во многих сферах, а теперь добралась и до интернета. Интернет прямо управляется правительственной администрацией США.
 30 сентября мы поймем позицию наших американских коллег. Если решение о передаче управления не будет принято, то, я вас уверяю, человечество не будет ожидать завершения срока очередного госконтракта с ICANN. Я уверен, что многие страны в мире начнут реализовывать технические и организационные проекты, которые демонополизируют интернет. Собственно, наши учения были направлены на это в прошлом году, наши китайские коллеги занимаются этими проектами. Европейские коллеги также предпринимают технические усилия для того, чтобы интернет был в каждой отдельно взятой стране стабильно работающей системой.
 При этом бессмысленно игнорировать роль государства.
 Что любопытно - телефонная связь у нас демонополизирована. Невозможно извне отключить телефонную связь внутри той или иной страны, а интернет - возможно. Адресация в российском сегменте интернета сегодня управляется из Амстердама.
 
 - Вы говорите, что страны будут принимать такие решения. То есть интернет распадется на страновые или региональные фрагменты…

 - Он не распадется. Поверьте, со связью все будет хорошо. Просто уйдет фактическая монополия. Мы думали, что это произойдет естественным образом, но 30 сентября мы узнаем, произошло это естественным образом или нет.
 
 - Я просто хочу понять, как будет выглядеть фрагментированный интернет будущего.
 
 - Я уверен, что пользователи ничего не заметят. Никаких проблем для них не будет. Просто провайдеры переподключатся по-другому, заново выдадут друг другу адресацию и сами создадут независимые от наших американских коллег институты по управлению критическими ресурсами. По факту интернет фрагментируется, но это пойдет ему на пользу, потому что ни у кого не будет соблазна рулить миром из одной комнаты с одной кнопкой.
 
 - То есть, в мире будут самостоятельные «куски» интернета, который будут соединены друг с другом через определенные шлюзы, как это сейчас происходит с фиксированной связью?
 
 - Собственно говоря, интернет – это и есть сеть сетей. Просто сегодня все правила создаются в одном месте. Представьте, что правила дорожного движения для России создавались бы в Амстердаме, автомобильные номера выдавались там же. Мы бы даже не знали точно, сколько мостов на наших дорогах, когда какой мост перекроют. Разве в таких условиях могла бы нормально работать транспортная система? Может быть, это странная аналогия, но она очень близка к истине.
 Мы в деревнях "оптику" строим не для того, чтобы кто-то потом нам указывал, как она будет работать. Мы хотим гарантированную надежную связь, потому что она сегодня определяет качество жизни наших людей и качество госуправления.

FacebookВ КонтактеTwitterGoogle PlusWhatsAppViberTelegramE-Mail
Экономика
Недвижимость
Последние новости
Главная
В России В мире Экономика Спорт Культура Москва
Все новости Все сюжеты Все фотогалереи