Интервью

Олег Сыромолотов: По мере ослабления ИГИЛ "Аль-Каида" восстанавливает позиции

Замминистра иностранных дел по вопросам борьбы с терроризмом дал интервью корреспонденту агентства "Интерфакс"

Олег Сыромолотов: По мере ослабления ИГИЛ "Аль-Каида" восстанавливает позиции
Олег Сыромолотов
Фото: ТАСС, Артем Коротаев

Москва. 7 октября. INTERFAX.RU - Заместитель министра иностранных дел РФ по вопросам борьбы с терроризмом Олег Сыромолотов дал интервью корреспонденту агентства "Интерфакс" Алексею Эйбоженко.

- Олег Владимирович, я хотел бы вас спросить по поводу годовщины операции ВКС РФ в Сирии. Насколько мы помним, в качестве одной из главных задач этой операции было в превентивном порядке отодвинуть террористическую угрозу от российских границ, уничтожать террористов на дальних подступах, предотвращая их проникновение или возврат на территорию России. Насколько эта задача выполнена и эффективна ли операция в этом плане?

- Чтобы ответить на этот вопрос, надо все-таки вспомнить ситуацию, при которой принималось решение о вводе ВКС России в Сирию, что происходило в этой стране. Во-первых, Сирия уверенно шла по пути Ирака и Ливии к утрате государственности. Во-вторых, на территории Сирии и Ирака появилось террористическое образование с фактическими атрибутами государственности, которое захватывало территорию за территорией, усиливая свою военную и экономическую мощь. Кроме того, в его направлении шел очень большой поток иностранных террористов-боевиков со всего мира, и поток этот был неиссякаем. И еще один момент. Мир в то время не осознавал опасности для каждого отдельного государства, все считали - это там, на Ближнем Востоке и в Северной Африке, а мы далеко, нас это не касается.

Что происходит сейчас? Прежде всего, приостановлено усиление этого псевдогосударства, у них отняли порядка 40% территории, подорвана экономическая мощь боевиков. Такой простой пример: если раньше боевику платили тысячу долларов, то сейчас, дай Бог, 50 или 100 платят. Кроме того, государства мира осознали, что эта угроза касается и их, в том числе после произошедших терактов в Европе, и все государства начали думать о принятии превентивных мер. Что касается непосредственно нашей страны, там воевало достаточное количество - около трех тысяч выходцев из разных регионов России с Северного Кавказа, Поволжья и т.д. Цели, которые мы ставили, хорошо известны: первое - сократить террористический потенциал этого псевдогосударства, второе - уничтожить боевиков, которые могли вернуться в Российскую Федерацию и третье - сохранить государственность Сирии для того, чтобы не получить еще одну Ливию, в которой несколько правительств, куда проникает терроризм и, соответственно, формируется новая база боевиков, практически все эти цели были достигнуты. Количество ликвидированных боевиков исчисляется тысячами, их приток в Сирию сократился. Кроме того, многие из них начали задумываться относительно целесообразности своей поездки. Еще год назад туда ехали целыми семьями, с женами, с детьми, думая, что там государство, в котором мусульманам будет жить легче. Сейчас этого нет. Те, кого подвергали радикализации, задумались, стоит ли туда ехать для того, чтобы там потерять, в том числе жизнь. Этим мы еще раз показали, что Россия, обладая опытом предотвращения террористических атак и расползания терроризма на Северном Кавказе, располагает достаточно эффективным механизмом для сокращения этого явления, и в конечном итоге для нанесения поражения террористам.

- Те россияне, которые направились в Сирию воевать на стороне боевиков, они уничтожены или еще нужно вести работу в этом направлении?

- Эта работа продолжается. Из России за весь период выехало порядка 2700 боевиков. Но надо учитывать и тех, кто прибыл в Сирию из стран СНГ. В совокупности около пяти тысяч. К настоящему моменту больше двух тысяч из них уничтожено, и об этом объявлялось еще три месяца назад.

Сейчас, я думаю, эта цифра возросла. Поэтому мы, естественно, отодвигаем от себя террористическую угрозу. Вы посмотрите на ситуацию на Северном Кавказе. Северный Кавказ стабилен, боевиков в двух республиках вообще нет, нет бандподполья. Там, где оно есть, боевики то что называется "считаны" - двадцать, пятнадцать. В Дагестане немножко больше - цифра приближается к пятидесяти. Но операции проводятся каждый день, и в этих регионах идет стабильное экономическое развитие. Если вы бываете на Северном Кавказе, то посмотрите, то, что было, а я помню, что было в начале 2000-х, и то, что там сейчас - это небо и земля.

- Есть ли какие-то временные рамки и ориентиры в плане окончательного решения этой задачи?

- Я думаю, что временные рамки, что вот через три месяца с боевиками покончат, вам сейчас никто не обозначит. Все понимают - чисто военного решения в Сирии нет, поэтому процессы, которые запущены Россией и США, очень непростые - выйти на политическое урегулирование. Казалось в начале процесс, вроде бы, пошел - вот оппозиция, вот сирийское правительство, вот посредники. Потом начали выдвигаться бесконечные условия для сирийского правительства и России, в том числе. Сейчас, как вы видите, процесс в достаточной степени подвис. И это в тот момент, когда мы с американцами практически подошли к плотному взаимодействию, в том числе в вопросе создания совместного исполнительного центра. Но опять пошли предусловия - обеспечьте отвод сирийских войск от "дороги Кастелло", через которую идет снабжение Алеппо. Сирийская армия отходит - боевики не отходят, продолжают обстреливать. Доступ гуманитарной помощи - то же самое, потому что каждый раз происходят какие-то вещи. Например, обстрел того же гуманитарного конвоя. Мы говорим: давайте спокойно расследуем, разберемся, поскольку это направлено против стабилизации ситуации. Я думаю, с началом политического процесса будет стабилизироваться ситуация в Сирии. И военные меры начнут отходить на второй план.

- То есть вы считаете, что сейчас, помимо контртеррористической борьбы, акцент нужно сделать на развитии политического процесса?

- Конечно, да. Такие попытки продолжаются. Вы же видите, сколько встреч наш министр (иностранных дел Сергей Лавров) за последнее время провел с (госсекретарем США Джоном) Керри. Наши интенсивные контакты с американцами уже достигали десяти часов и более. Это непростой процесс, и мне кажется, самое главное то, что усиливается международное сотрудничество между государствами и запущен ряд проектов в плане противодействия террористам и боевикам. Ведется работа по совершенствованию и взаимодействию различных банков данных - Интерпола и Евросоюза с банком данных, существующим в России на базе Национального антитеррористического комитета. Поймите, если в сфере контртеррора будут единые правила во всем мире, то покончить с терроризмом можно будет достаточно быстро. Террористы же пользуются тем, что для них не существует границ, а мы в силу сложившегося миропорядка вынуждены придерживаться каких-то канонов. Если мы до своих границ можем предпринимать самостоятельные меры, то после границы надо уже договариваться с другими государствам. Есть истина, которую президент России Владимир Путин еще в прошлом году озвучил на 70-й сессии Генассамблеи ООН: чтобы покончить с иностранными террористами- боевиками, необходимо выполнить три вещи. Первое - создать единый международный банк данных иностранных террористов-боевиков; второе - создать банк данных и систему контроля за их передвижениями; и третье - решить вопрос об упрощенной выдаче одним государство другому этих самых иностранных террористов-боевиков. Потому что процедура экстрадиции достаточно растянута по времени.

- ВКС России в последние недели наносят интенсивные удары по террористам в Восточном Алеппо после того, как американская сторона не смогла выполнить свое обязательство по размежеванию умеренной оппозиции и террористов. По мнению Москвы, есть ли сейчас в этом районе Алеппо кто-то, кроме террористов, видим ли мы там умеренную оппозицию? И есть ли у нас с ними контакты по борьбе с террористами?

- Вы правильно сказали, что все упирается в разделение оппозиции и террористов. Еще в феврале директор ЦРУ (Джон Бреннан) приезжал в Россию и обещал нам, что они разведут свободную сирийскую армию, которая является оппозицией, и террористическую группировку "Джабхат ан-Нусра". Но ведь этого же не происходит, и мы видим, кто находится в восточном Алеппо. Там процентов пятьдесят "Джабхат ан-Нусра", а дальше "Ахрар-аш-Шам". Мы считаем, что это террористическая организация, мы сейчас работаем над внесением ее в санкционные списки ООН. "Джейш-аль-Ислам" - то же самое. Мы видим, что они делают и что они связаны с "Аль-Каидой". Вот смотрите, по мере ослабления ИГИЛ (эта и перечисленные выше группировки запрещены в РФ - ИФ) растет мощь почти ушедшей на второй план "Аль-Каиды", ведь "Джабхат ан-Нусра" и "Ахрар-аш-Шам" - они вышли из "Аль-Каиды" и привержены ей. Поэтому они выходят на первый план. И в тех местах, откуда уходит ИГИЛ, там появляется опять-таки "Аль-Каида". А это серьезный процесс, потому что если раньше часть боевиков из различных группировок по всему миру, чувствуя мощь ИГИЛ, переходили под его крыло, то сейчас происходит обратный процесс, "Аль-Каида" восстанавливает свои позиции. Это видно, в частности, на примере Афганистана.

- Представители стран Запада утверждают, что мы своими действиями в Алеппо, в частности в восточной его части, подталкиваем умеренную оппозицию "в объятия" "ан-Нусры".

- О каких "объятиях" "ан-Нусры" может идти речь? Они вместе воюют против сирийской армии. Умеренных мы там не видим. Потому что в данной ситуации получается, что только объявляется перемирие, у террористов происходит перегруппировка и подвоз оружия, материальных средств, личного состава и т.д. Вот и все.

- Получается, что мы будем работать в Алеппо до полного уничтожения террористов и тех, кто к ним примкнул и не отмежевался?

- Я думаю, что сейчас дать однозначного ответа нельзя. Если ситуация будет складываться так, что начнется процесс политического урегулирования, и мы увидим, что применение военной силы не столь необходимо, что сирийцы сами справятся, что правительственная армия и оппозиция договорятся о прекращении боевых действий, думаю, тогда это не понадобится. Принципиально здесь одно: все должно базироваться на международном праве. Мир должен объединиться в коалицию, действующую на основе соответствующих решений международной группы поддержки Сирии, под эгидой ООН. Кстати, хочу напомнить, мы зашли в Сирию по просьбе сирийского руководства, соблюдая все каноны ООН.

- Опять же на Западе сравнивают наши действия и действия сирийских ВВС в Алеппо с действиями России в чеченские кампании. Звучат голоса о том, что, мол, наносятся хаотичные удары по жилым постройкам, которые влекут за собой жертвы среди мирного населения, как это происходило когда-то в Грозном...

- Во-первых, никаких хаотичных ударов нет, у нас достаточно средств для ведения нормальной разведки, и удары наносятся только по целям, по которым ни один раз подтверждена информация о том, кто там находится. Запад очень грамотно ведет свою игру, сейчас всё внимание приковано к Сирии. Как что, сразу истерика - гуманитарная катастрофа. А почему Йемен никто не вспоминает, там что, положение чем-то отличается от Сирии? Нет. Но там нет России. Сейчас нас обвиняют, что мы бомбим какие-то госпитали, хотя всем известно про удары США по госпиталям в Афганистане. Мы понимаем, в чем дело, мы знаем, что в руководстве США серьезные разнополярные мнения. Вы думаете, просто так был удар по сирийской армии в Дер-эз-Зоре? Нет, он был спланирован абсолютно четко. Там два года статичная ситуация, невозможно там цели случайно перепутать. И, к сожалению, это будет продолжаться. Сейчас самое главное - здраво мыслить. Многие страны стараются действовать с оглядкой на мнение США. Что сказали в Вашингтоне, то они и делают, и при этом начинают во всем обвинять Россию. Ведь все же в истории повторяется. Еще четыре года назад мы говорили - что вы упираетесь в (президента Сирии Башара) Асада? Надо заниматься террористическими группировками, а судьбу Асада пусть сирийский народ решает. Нет. Теперь пришло осознание, что нельзя допустить той ситуации, какая сложилась в Ливии, когда уничтожили все государственные институты и в стране начался хаос. А теперь Ливия лучшая площадка для международного терроризма.

- Насколько известно, сейчас террористы делают глобальную ставку на так называемые "спящие ячейки". В частности, по такой методике работает ИГИЛ, в том числе и в Европе. Насколько высока вероятность повторения терактов в Европе, и есть ли опасения, что эти ячейки могут в ближайшее время начать просыпаться, так скажем, масштабно?

- Понимаете, в чем дело, спящие ячейки - это, во-первых, не методика ИГИЛ, это методика "Аль-Каиды". Это раз. Второе, в связи с военными поражениями ИГИЛ сейчас нацеливает своих сторонников в разных странах не выезжать в зону боевых действий, а создавать спящие ячейки в своих государствах пребывания. Почему? Ответ лежит на поверхности - готовятся террористические акты, тем более сейчас. Запад долгое время вообще не признавал, что с миграционным потоком пришли террористы. Сейчас они признают это, потому что многие теракты совершали как раз "мигранты". Ведь приходят люди, у которых никто не может проверить - законные или незаконные у них паспорта. Боевики ИГИЛ, когда захватили сирийскую территорию, им достались десятки тысяч чистых бланков паспортов, и по ним боевики сейчас прибывают в ту же Европу. Возьмем учет миграционного потока в Европе. Там сейчас не могут найти 350 тыс. беженцев, где они? Как это возможно? Вы что думаете, среди них нет террористов? Есть, конечно. Отсюда и возможность повторения терактов. А создание спящих ячеек и в России тоже возможно, мы уже с такими фактами столкнулись, когда накануне 9 мая в Санкт-Петербурге и в Екатеринбурге были ликвидированы две группы. Это же все слова одной и той же песни.

- Недавно в Москву приезжал директор ЦРУ Джон Бреннан. Учитывая тот факт, что напряженность в наших отношениях с американцами только растет, есть ли подобные контакты по этой линии сейчас? Визиты?

- Начнем с того, что когда Брэннан прилетал, он в Министерстве иностранных дел не вел переговоры, он вел их с коллегами из специальных служб. Второе, по линии Министерства иностранных дел существует антитеррористическое сотрудничество с разными странами. Например, в США была когда-то президентская комиссия, там все аспекты деятельности, в том числе антитеррор, были отражены. Сейчас контакты с теми же американцами продолжаются по линии противодействия финансирования терроризма и по информационной безопасности. С некоторыми странами Европы у нас полномасштабное сотрудничество, я имею в виду по линии МИД. Это и терроризм, и противодействие его финансированию, по оргпреступности, по информационной безопасности, и, безусловно, борьба с наркоугрозой, потому что наркобизнес является подпитывающей средой терроризма.

- На днях США приостановили сотрудничество с нами в рамках договоренностей по Сирии, выработанных с таким трудом. Остается ли в этой связи "на столе" наше настойчивое требование о размежевании террористов и оппозиции или во имя урегулирования мы можем частично смягчить это требование? Видим ли мы в нынешних условиях шанс не допустить скатывания ситуации к неконтролируемому вооруженному противостоянию и удержать ее в дипломатическом русле?

- Шансы есть всегда. Вспомните переговоры по иранской ядерной программе. Шли шесть лет. Сколько раз они срывались, почти закрывались, потом все возобновлялось. Я думаю, общая угроза заставит все равно прийти к каким-то соглашениям. Вы не забывайте, что в США в самом разгаре предвыборная кампания. Внутриполитическая борьба в Штатах накладывает серьезный отпечаток на то, что происходит сейчас, в т.ч. и на сирийском треке. Нынешнее правительство уже пакует чемоданы, скоро придет новое.

- То есть при нынешней администрации каких-то ощутимых шагов мы не ожидаем?

- Ничего нельзя исключать. У нас осталось сотрудничество по координации в воздухе, чтобы не довести до инцидентов между нашей авиацией, авиацией США и коалиции. Поэтому исключать чего-нибудь ни в коем случае нельзя. Надо всегда надеяться на то, что будет лучше. И самое главное, что изменение ситуации "на земле" может заставить пойти на беспрецедентные шаги. Так что поживем - увидим.

- Но все же наше требование о размежевании, которое закреплено в наших с американцами договоренностях, оно актуально сейчас или мы можем как-то смягчить позицию по нему?

- В ходе последних переговоров не все упиралось только в размежевание. Американская сторона говорит: сначала сирийская армия прекратит использовать авиацию и атаковать Алеппо, а потом террористические группировки и так называемая оппозиция начнут отводить свои войска. И что от "дороги Кастелло" первыми должны отойти сирийские войска. На самом деле мы уже это пробовали. Мы говорим: давайте три дня. Нет, семь дней. Семь дней - это масштабная перегруппировка, и сколько потом еще придется возвращаться к этой ситуации. Все уперлось в маленький простой вопрос. И мы постоянно договариваемся об одном, а завтра нам выдвигаются новые требования. Все-таки должна быть последовательность.

- Учитывая нынешнюю интенсивность нашей борьбы с террористами в Алеппо, учитывая эти условиях, возможно ли вообще наладить устойчивую работу по доставке гумпомощи? Можно ли эти процессы синхронизировать, или мы считаем, что сначала нужно все расчистить от террористов, в том числе и касательно "дороги Кастелло"?

- Ведь механизм был создан. Сирийская армия отошла на четыре километра, создавались КПП с участием наших военных. Но гумконвои не пошли. Почему? Потому что их обстреливали с той стороны и просто срывали доставку гумпомощи, а обвиняют опять-таки Россию, что Россия не дает гуманитарного доступа и т.д.

- Есть ли возможность эти процессы синхронизировать, наладить доставку туда гумпомощи при контртеррористической борьбе?

- В данной ситуации обе стороны должны дать совершенно четкие обязательства не препятствовать доставке и не обстреливать. Вот и все. Сирийская армия к этому готова.

- Мой вопрос про параллели с действиями российских военных в ходе чеченских кампаний. Можно сказать, что эти параллели, которые проводят на Западе, не уместны совершенно?

- Параллели некоторые есть. Я не могу сказать, что это параллельная ситуация. У нас там была одна террористическая группировка, а здесь их масса, и разных оттенков - одни говорят, что мы оппозиция, а вторые - представители "Аль-Каиды", третьи - отдельное террористическое направление ИГИЛ. Поэтому параллель такую провести нельзя, там у нас был единый враг, а здесь... Кстати, единый враг появился в конце 90-х годов не просто так на территории Чечни, когда центральная власть в России была достаточно ослаблена, и к нам на Кавказ хлынули различные фонды, неправительственные организации. А кто с ними пришел? Настоящие террористы, которые приходили во главе, например, молодежных неправительственных организаций и становились, к примеру, так называемым начальником генерального штаба "Имарата Кавказ".

- Допускаем ли мы в целом, что в ходе наших действий в Сирии, в частности в Алеппо, возможны жертвы среди мирного населения?

- Конечно, гражданское население может быть задето. Когда используется военная авиация, боевики что делают? Они прикрываются мирными жителями. Вот, например, года два назад боевики "Джейш-аль-Ислам" на здания, где они находились, поставили клетки и поместили туда мирных граждан, чтобы по самим террористам не наносились удары. Вот, пожалуйста, пример. И то же самое сейчас происходит и там. Ведь мы создали коридоры вместе с сирийской армией в Алеппо, через которые должны были выходить мирные жители. Так их не выпускают, ими прикрываются. И смотрите, все же основано на провокациях. Вот все кричат о применении химоружия. В ближайшее время, я думаю, будет организована провокация, с обвинениями в адрес сирийской армии в применении химического оружия. Это из стандартного набора - удары по мирным жителям, катастрофическая гуманитарная ситуация и применение запрещенных боеприпасов. Сейчас, по идее, должно появиться, химоружие. Хотя химоружие сирийской армии мы вместе с американцами вывозили несколько лет назад.

- В Вашингтоне идет обсуждение нескольких сценариев дальнейших действий в Сирии. В частности, в качестве одной из опций рассматривается возможность нанесения ударов по сирийской военной инфраструктуре. Что докладывает наша разведка?

- Исключать ничего нельзя, потому что, когда был нанесен удар в районе Дейр-эз-Зоре, все же было спланировано, это никакие не случайные удары. Думаю, что в Вашингтоне сейчас идут интенсивные консультации разных ведомств, которые должны принимать решение. А мнение у разных ведомств, как мы видим, оно отличное. То, что думает Госдепартамент США, это одно, министерство обороны и ЦРУ - это другое. Ну а над всем стоит президент, который скоро уходит. Посмотрим, что из этого получится.

- Мы пропорционально поможем Асаду, если будут какие-то враждебные действия со стороны США?

- Я не верховный главнокомандующий и принимать такие решения не могу. У нас есть президент, который после консультаций с ведомствами будет принимать соответствующее решение.

FacebookВ КонтактеTwitterGoogle PlusОдноклассникиWhatsAppViberTelegramE-Mail
Интервью

Фотогалереи

Фотохроника 9 декабря5 фото

Фотохроника 9 декабря

Лучшие фото недели10 фото

Лучшие фото недели

Фотохроника 8 декабря6 фото

Фотохроника 8 декабря

Фотохроника 7 декабря6 фото

Фотохроника 7 декабря

Уволенные тренеры клубов РФПЛ сезона-2016/178 фото

Уволенные тренеры клубов РФПЛ сезона-2016/17

Землетрясение в Индонезии6 фото

Землетрясение в Индонезии

Фотохроника 6 декабря5 фото

Фотохроника 6 декабря

Алексей Улюкаев в Басманном суде6 фото

Алексей Улюкаев в Басманном суде

Прощание с Олегом Поповым6 фото

Прощание с Олегом Поповым

Марш на Красной площади в честь парада 1941 года8 фото

Марш на Красной площади в честь парада 1941 года

MTV Europe Music Awards8 фото

MTV Europe Music Awards

Взрыв бытового газа в жилом доме в Иваново8 фото

Взрыв бытового газа в жилом доме в Иваново

Прощание с Владимиром Зельдиным7 фото

Прощание с Владимиром Зельдиным

Ушел из жизни Олег Попов9 фото

Ушел из жизни Олег Попов

Скончался Владимир Зельдин13 фото

Скончался Владимир Зельдин

Приватные апартаменты папского дворца8 фото

Приватные апартаменты папского дворца

Установка памятника князю Владимиру в Москве5 фото

Установка памятника князю Владимиру в Москве

Прощание с Людмилой Ивановой7 фото

Прощание с Людмилой Ивановой

Под Можайском открыт новый сафари-парк14 фото

Под Можайском открыт новый сафари-парк

Россия - Финляндия8 фото

Россия - Финляндия

Россия - Северная Америка8 фото

Россия - Северная Америка

Презентация новинок Apple8 фото

Презентация новинок Apple

Фотохроника 22 августа7 фото

Фотохроника 22 августа

Чемпионы российской сборной19 фото

Чемпионы российской сборной

Церемония закрытия XXXI летних Олимпийских игр13 фото

Церемония закрытия XXXI летних Олимпийских игр

Cамые высокооплачиваемые звезды по версии Forbes10 фото

Cамые высокооплачиваемые звезды по версии Forbes

В Иркутске презентовали новый пассажирский самолет МС-216 фото

В Иркутске презентовали новый пассажирский самолет МС-21

Фотохроника 21 апреля9 фото

Фотохроника 21 апреля

Стартовали продажи нового iPhone9 фото

Стартовали продажи нового iPhone

Apple представила свои новинки12 фото

Apple представила свои новинки

Недвижимость
Последние новости
Главная
В России В мире Экономика Спорт Культура Москва
Все новости Все сюжеты Все фотогалереи