Гендиректор "Промомеда": пока инвесторы нас изучают: продажи и прибыль вверх, а с акциями ничего не происходит

Александр Ефремов рассказал о планах по дивидендам и об инвестиционных и экспортных приоритетах

Москва. 8 июня. INTERFAX.RU - Вышедшая на IPO в июле 2024 года биофармацевтическая компания "Промомед" готовится впервые выплатить дивиденды. Гендиректор Александр Ефремов в интервью "Интерфаксу" на ПМЭФ-2026 объяснил, почему совет директоров решился на этот шаг при отрицательном FCF, как компания балансирует между инновациями и рисками, каковы ее инвестиционные и экспортные приоритеты.

- Сообщалось, что "Промомед" берет курс на трансформацию из производителя базовых дженериков в биотехнологического лидера. Разве фокус на R&D не делает вашу стратегию сильно более рисковой, чем было ранее?

- "Промомед" - биофармацевтическая компания с заводами полного цикла производства, но не венчурный биотех. Мы не занимаемся фундаментальными исследованиями - этими рисковыми предположениями и разработками, которых могут опасаться инвесторы. Мы разрабатываем инновационные решения на базе уже известных науке мишеней для лекарственной терапии. Мы дорабатываем эти решения уже после того, как фундаментальная наука сделала свое открытие. Поэтому уровень рисков в нашем портфеле уменьшен до приемлемого.

И когда мы говорим, что планируем вывести на рынок более 20 новых инновационных молекул до 2032 года, то это молекулы, которые мы уже знаем с достаточной глубиной. Часть из них уже прошла доклинические исследования и фазовые клинические исследования и, в том числе, пред-регистрационные исследования.

- Получается, вы не претендуете на first-in-class (первый в классе)?

- Даже если ты готовишь next-in-class с прицелом на best-in-class (следующий в классе и лучший в классе соответственно - ИФ), ты невольно, рано или поздно, сталкиваешься с first-in-class (первый в классе - ИФ). В фармацевтической истории была ситуация, когда одна из мультинациональных химических корпораций продала очередную молекулу за $5 тысяч как ненужную одной глобальной фармкомпании, и позже из этой молекулы получился блокбастер с продажами больше $5 млрд на весь мир. Это был самый мощный для своего времени продукт для лечения хронического миелолейкоза. Причем эта молекула продлила выживаемость на 10-15 лет, а модифицированные формы - до 20-25 лет, хотя раньше это заболевание уносило людей через полгода-год. Так развивается наука и библиотека молекул.

- Ранее совет директоров "Промомеда" рекомендовал выплатить дивиденды за I квартал 2026 года в размере 8 рублей на акцию. Это выглядит довольно смело на фоне отрицательного свободного денежного потока (FCF), да и нужды в спешке не было, с учетом тех ориентиров, что вы озвучивали ранее. Чем руководствовался совет директоров?

- Да, мы говорили, что выплатим дивиденды в 2027 году за 2026 год, однако фармацевтика - очень прозрачная индустрия. Что регистрируется, как быстро идут клинические исследования, как растут продажи - это все очень прозрачно и контролируемо. Мы говорили: "Вы сами увидите наши результаты, динамику по появлению новых продуктов. Если будет такая возможность, мы рассмотрим выплату дивидендов раньше обозначенного срока".

Коротко затронем FCF. Мы - большие консерваторы в этих прогнозах, и в 2024 году мы говорили, что выйдем на положительный поток в 2027 году. Сегодня, в середине 2026 года, как операционный руководитель, я вижу сценарий-оптимум, по которому FCF может стать положительным уже в этом году.

Идем дальше: по нашим правилам мы готовы выплачивать дивиденды от скорректированной чистой прибыли. Что это значит? Мы получили чистую прибыль: вот этот кусочек мы отправляем на модернизацию "железа", вот этот - на R&D, оставшуюся часть мы готовы распределять. По результатам 2025 года мы имеем тот объем, который не распределен на инвестиции, - приблизительно 46% от скорректированной чистой прибыли. Именно оттуда мы и будем выплачивать дивиденды - и да, с опережением срока.

- Можно сказать, что вы "встали на рельсы" в части выплаты дивидендов?

- Мы ставим себе задачу двигаться именно так. Мы не держим в руках хрустальный шар, и не знаем, каким будет 2027 год, как изменится финансовая конъюнктура. Но самое главное, как во многих вопросах, которые строятся на доверии, - это стремление. Мы хотим выплачивать дивиденды каждый год и ставим себе такую задачу. Если же что-то в финансовом мире вдруг пойдет не так, как правило, это увидят все, и мы об этом скажем так же внятно, как про свои победы.

- Именно ежегодно, не поквартально?

- Ежегодно. Нам пока неудобно платить ежеквартально по разным причинам, в том числе потому, что на фармацевтическом рынке сравнительно длинный период сбора отчетности. Мы производим продукцию и отгружаем ее дистрибьюторам. Чем завтра будут болеть наши сограждане, сегодня я предполагаю, но точно не знаю, ведь "это только гриппом все вместе болеют". Прежде чем принять решение по достигнутому результату, мы смотрим, как наш продукт уходит из аптек. А эти данные задерживаются.

Плюс, есть выраженная поквартальная флуктуация продаж. Как правило, самые большие продажи в фармацевтике приходятся на четвертый квартал - это закупки в интересах больниц и госпиталей, а также сезонные продажи - люди возвращаются после отпусков и начинают болеть и лечиться - с сентября и до конца года растут и коммерческие, аптечные, продажи. При поквартальных выплатах размер дивидендов тоже будет под влиянием этого фейсинга.

- Сообщалось, что в ближайшие два года "Промомед" не рассматривает вторичное размещение, но потенциально считает возможным. Какой коэффициент free float вы считаете потенциально приемлемым на этот случай?

- Мы пока не задумывались настолько детально. Мы еще находимся в фазе, когда инвесторы нас изучают. Яркий пример: компания Eli Lilly отчиталась по результатам первого квартала этого года. Продажи - вверх, прибыль - вверх, акции - вверх. "Промомед" отчитался по результатам первого квартала: продажи - вверх, прибыль - вверх, задолженность - вниз, и... с акциями ровно ничего не происходит.

Поэтому пока мы ставим себе задачу попасть в первый котировальный список Московской биржи, а это значит, что мы должны пересечь границу 10% (free float - ИФ). У нас было два выпуска структурных облигаций - один из них мы закрыли в апреле 2026 г и сконвертировали облигации в акции. По итогам конвертации Мосбиржа установила наше значение коэффициента free float на уровне 9%. Мы рассчитываем, что в августе следующего года произойдет аналогичная конвертация, и мы органично пересечем границу 10%.

Как вы поняли, мы думаем не столько о том, как дополнительно "продаться", прошу прощения за упрощение, новым инвесторам, сколько как капитализацию старым нарастить. Первые инвесторы были с нами в 2024 году, когда было крайне нелегко объяснить, про что наша компания, чем мы планируем заниматься, насколько реалистичны наши прогнозы, но они вникли, были и остаются с нами.

Мы хотели бы увеличить количество инвесторов и сделать это очень аккуратно по отношению к тем, кто были первыми.

- Планируете ли вы в ближайшие годы расширение, модернизацию площадок? И вообще в какой части инвестиционного цикла находится компания?

- Самый существенный цикл капвложений в индустриальную составляющую закончен. Да, мы постоянно модернизируем то оборудование, что у нас уже есть (наука и инженерная мысль не стоят на месте), но нельзя сказать, что это существенные вложения.

Инвестиционные кумулятивные вложения в объекты 2026 года, включая R&D - приблизительно 9,4 млрд рублей. В рамках производственных мощностей - это запуск новейшего онкологического цеха (практически завод в заводе), три больших участка: производство твердых лекарственных форм (таблетки, капсулы), производство жидких стерильных форм и, на этот момент времени, единственный в стране участок по созданию конъюгированных онкологических продуктов.

- Есть ли ориентир по объему инвестиций на 2027 год?

- Чтобы нашим инвесторам было удобнее ориентироваться, мы говорим, что наш суммарный CAPEX, включая R&D, в среднем составляет около 10% от оборота компании каждый год. В фарме ключевой момент - нужно различать инвестиции "в железо" (производственные мощности - ИФ) и "в молекулы". С 2024 года и по сей день доля вложений в новые молекулы существенно превышает инвестиции в "железо" - его в компании достаточно. А прибыль теперь приносят молекулы.

- Получается, вы пока не рассматриваете строительство новых производственных площадок?

- В компании два действующих предприятия - "Биохимик" в Саранске и "Берахим" (производство активных фармацевтических субстанций) в Калужской области. Также мы инвестируем в некоторые площадки на территории Москвы, поэтому производственных площадей в компании достаточно.

- Как вы оцениваете перспективы направления ветеринарных препаратов?

- Нужно сказать, что наш выход в этот сегмент не был столпом стратегического плана. Случилось то, что случилось, и лекарства для животных начали потихоньку пропадать. Вникнув в ситуацию и увидев, что некоторая продукция для ветеринарии пока еще находится на уровне конца 90-х годов, мы поняли, что с нашими наработками можем предложить новейшую продукцию фармацевтического качества для животных.

Мы рассчитываем, что её доля составит приблизительно 1-2% в обороте компании, но это быстрорастущий интересный сегмент. Рынок ветеринарии нуждается в разработках и исследовании современных лекарственных препаратов для животных с аллергией, с онкологией, заболеваниями суставов, пищеварительной системы и других. И если у нас есть эти решения, и они не суперспецифичны для собак или кошек, или человека, почему бы не использовать человеческую рецептуру? Такой современной продукции у нас достаточно.

- Об экспортных планах. Какая доля выручки сейчас приходится на экспорт, какие цели ставите?

- Для нас это стратегическое направление, потому что делать инновацию и не продавать ее за рубеж - нерационально. Единственное, выход на зарубежные рынки - это всегда пошаговый процесс: сначала инспекция предприятий, потом начало регистрации, потом клинические исследования, потом регистрация. Мы уже в процессе, прошли несколько зарубежных GMP, находимся в отдельных странах в регистрационной фазе. Есть страны, в которых мы уже запускаемся в этом году. В целом доля экспорта по итогам 2026 года будет приблизительно 5%, и мы планируем выйти на те цели, о которых мы говорили - что компания будет получать больше 240 млрд рублей выручки в 2032 году, из них 15% в выручке инновационных продуктов придется на экспорт. Мы не ставим себе задачу продавать дженерики - они там, за рубежом, уже есть. Экспорт будет прирастать инновациями.

- На чьи именно рынки вы вскоре рассчитываете выйти?

- Мы прошли аудит Ирака, ОАЭ, прошли несколько аудитов Узбекистана и стран СНГ. В целом, до конца года у нас будет еще десять аудитов. Целевые рынки - это страны Персидского залива, Юго-Восточная Азия, Вьетнам как пример и "дальняя" ЮВА - Малайзия, Филиппины и так далее. Африку пока мы держим в резерве, нельзя объять необъятное.

- Вьетнам упомянули. Сообщалось, что Промомед рассматривает эту страну как ключевой хаб для расширения деятельности в Юго-Восточной Азии. В каком формате вы видите это партнерство?

- Действительно, подписано соглашение с компанией Vinapharm, основная задача - создание логистического хаба, который будет обслуживать "ближний" Юго-Восток. Будет частичная передача технологии.

- Чтобы упаковывать там препараты?

- Возможно, делать фасовку и финишную упаковку (fill and finish) для "Тирзетты", потому что потребность в терапии сахарного диабета там есть, препаратов нет.

- Рассматриваете какие-то страны как потенциальные аналогичные хабы для других регионов мира?

- Да, мы следуем очень похожей стратегии. У нас есть два кандидата в Латинской Америке, два кандидата в странах Залива. Скорее всего, будет еще одна такая же платформа, как мы развиваем с Vinapharm, только на "дальнем" Юго-Востоке. И хотя уже сделан ряд шагов, видится, что пока рано называть конкретные страны.