Американист Кошкин: Трамп говорит с Тегераном с позиции силы, проигрыш на выборах в Конгресс ему не страшен

Москва. 30 сентября. INTERFAX.RU - Почему Дональд Трамп намерен и дальше говорить с Ираном с позиции силы, какую роль в этом играют предстоящие промежуточные выборы в Конгресс США, а также какова позиция Израиля и остальных ближневосточных союзников — об этом и другом в интервью обозревателю "Интерфакса" Борису Геворкяну рассказывает старший научный сотрудник Института США и Канады РАН Павел Кошкин.

- Как вы прокомментируете заявление Трампа о том, что он не исключает возобновления ударов по Ирану в связи с позицией Тегерана?

- Трамп продолжает торг с усилением давления. Тем более после того, как президент Ирана выступил на Генассамблее ООН и дал интервью с изложением предложения о перемирии. Лидеру США нужно показать миру и своему избирателю прежде всего, что он говорит с позиции силы, представляя себя таким бескомпромиссным политиком, которого невозможно обмануть. Возможно, он воспринимает инициативу о перемирии и свое согласие как признак слабости.

- То есть для него образ такого супер-мачо важнее, чем судьбы мира?

- Трамп не хочет показаться слишком мягким. В свое время он обвинял Джо Байдена и демократов в чрезмерной мягкотелости в сравнении с геополитическими противниками — Китаем, Россией, Ираном. И потому, если он сейчас пойдет на какие-либо уступки, то в его глазах это будет выглядеть проявлением бесхребетности, мягкотелости.

- Это единственная причина?

- Нет, конечно. Дело не только в том, что он поддерживает образ жесткого, бескомпромиссного лидера. Тут вопрос в другом — в поляризации США. Демократы будут критиковать любые его шаги, что бы он ни предпринял. Естественно, он пытается купировать эту критику, занимая жесткую позицию. Как минимум, он пытается создать образ разумного лидера, который дважды подумает, прежде чем соглашаться на те или иные предложения оппонента или врага, каким считается Иран.

- Но при этом он часто говорит о приверженности переговорам, мирному решению конфликта, хорошей сделке.

- Торг для Трампа — это стихия, в которой он чувствует себя как рыба в воде. Заключение выгодной сделки, выбивание нужных условий, прессинг, давление — это те атрибуты, которые ассоциируются исключительно с Трампом, его профессиональным путем не только как политика, но и как выходца из сферы недвижимости.

- Это отсюда один из его образов – непостоянство, какая-то легкомысленность, когда утром он говорит одно, а вечером - другое?

- Над ним можно смеяться сколько угодно, как это делают многие эксперты. Это понятно. Но я вижу его как паттерн, довольно-таки последовательный. Да, он часто меняет взгляды, и это инструмент прессинга, давления. Ему абсолютно безразлично, что скажут о нем — последовательный он или нет. Он смотрит на все это как на инструмент достижения краткосрочных и сиюминутных целей, медийного эффекта.

- Так он больше шоумен или политик?

- Надо разделять Трампа как публичное лицо и политика, который ведет кулуарные беседы и принимает решения. Часто все это такая дымовая завеса, попытка пустить пыль в глаза, отвлечь внимание. То есть над ним смеются, а он просто реализует свою повестку. Постепенно, шаг за шагом, пока все думают, что он непоследовательный, шоумен со своими капризами. Да, на публике он шоумен, но в ситуативной комнате, где принимаются решения, я думаю, он совершенно другой. Уверен, что он обсуждает все важные вопросы как с Рубио, так и с Вэнсом, многими другими сотрудниками администрации.

- Если вернуться к иранской тематике – мнения о том, когда США ударят по Ирану, разделились. Как вы считаете, до выборов в Конгресс или после?

- На мой взгляд, если показать мускулы перед выборами, это может оказаться болезненным — как бы штанга не упала на ноги. Она может оказаться слишком тяжелая. И без того его рейтинги упали до 32 процентов, согласно опросам Reuters / Ipsos. Понятно, что они преуменьшенные, но, тем не менее, это все-таки тревожный звоночек.

А где гарантии того, что эти удары смогут выправить картину? Скорее, наоборот, эти рейтинги могут еще больше пошатнуться. И думаю, это не могут не учитывать те же политтехнологи республиканской партии, и они отговаривают Трампа от этого.

- То есть вы не считаете реальным возобновление ударов по Ирану до ноябрьских выборов?

- Я бы не стал этого исключать. Если же оценивать в категории, какова вероятность, даже в этом плане, поскольку Трамп сам по себе любит удивлять и казаться непредсказуемым безумцем, он здесь последователен. Поэтому я бы стандартно ответил – пятьдесят на пятьдесят. Но, на мой взгляд, это ему невыгодно сейчас. Я предполагаю, что его от этого могут отговаривать его советники, стратеги, потому что это может навредить партии.

- А фактор стран региона - государств Персидского залива, того же Израиля?

- Израиль, наверное, будет в этом заинтересован. Саудовская Аравия, не исключено, тоже, поскольку Иран для саудитов — стратегический конкурент в регионе. И Эр-Рияду может быть выгодно ослабить Тегеран руками Вашингтона. Но это может вывести конфликт в еще более непредсказуемое русло. Поэтому снова возникает дилемма опасения, как бы не перегнуть палку.

Вообще, когда мы говорим про ближневосточных союзников Вашингтона, то они действительно могут быть заинтересованы в решительных действиях США. Но если мы говорим про удары серьезные, то это чревато эскалацией. А с учетом того, что уже есть опыт сначала обострения после ударов, а затем быстрого установления контроля над ситуацией, то здесь также пятьдесят на пятьдесят. Сценарий того, чтобы переключить внимание с внутренней критики на внешнюю орбиту — он уже показал свою эффективность.

- И все-таки не совсем ясно: что важнее для Трампа — выборы в Конгресс или иранская проблема?

- Что касается Ирана, то на сегодня мы видим ту же ситуацию контролируемого хаоса: эскалация и деэскалация, поддержание напряжения. Но Трамп любит рисковать. Поэтому мы снова загоняем себя в дилемму, ударит или нет? При этом он добивается того, что к нему приковано внимание, в том числе внутри страны. Ему не важно — плюс или минус, ему важно удерживать внимание. Ему даже не страшно проиграть выборы, он может потерять и Палату представителей, и Сенат. Разрыв будет небольшой, а значит может спокойно продвигать свою повестку - республиканцы будут просто блокировать демократов.

- То есть у него в приоритете скорее удары, достижение целей по иранскому треку, а не выборы в Конгресс?

- Ему важнее внимание американцев в результате реализации внешней политики. Выборы в Конгресс как бы его беспокоят, конечно, но ему не страшно их проиграть, если разница между демократами и республиканцами останется небольшой. А, судя по их динамике электоральной, она такой и будет.

- Не очень ли рискованно?

- Иран для Трампа — инструмент удержания внимания внутри страны. Но это — игра с огнем, хождение по канату, а вернее, по лезвию бритвы. Это по сути та ситуация управления хаосом, которая сложилась в марте, апреле, мае и продолжается поныне.