ХроникаПандемия коронавирусаОбновлено в 10:43Заразились
на 22.06
В России 5 350 919+16 715В мире 179 107 034+320 876

Первый вице-президент ГПБ: Инструменты ответственного финансирования скоро станут новой реальностью для рынка РФ

Денис Шулаков рассказал о программах "зеленых" облигаций, над которыми работает банк

Первый вице-президент ГПБ: Инструменты ответственного финансирования скоро станут новой реальностью для рынка РФ
Денис Шулаков
Фото: Валерий Шарифулин/ТАСС

Москва. 17 мая. INTERFAX.RU - Глобальный долговой рынок переживает последствия пандемии и вместе с тем переходит к новой реальности "зеленого" финансирования. Первый вице-президент Газпромбанка, глава блока рынков капитала Денис Шулаков в интервью "Интерфаксу" рассказал, как отечественный долговой рынок адаптируется к новым условиям.

Постепенное "озеленение"

- Рынок в последнее время не слишком богат на новости. Все ждали фактически только двух размещений - Москву и "Газпром". В случае с Москвой процесс запущен. Столица для своего первого размещения после многолетнего перерыва не приглашала организаторов, и все же все ведущие банки-организаторы, в том числе и Газпромбанк, наверняка внимательно следили за результатами аукциона. Что можете про них сказать?

- Москва - это не просто город или регион, а фактически финансовый центр. Москва действительно должна стать флагманом. Как быстро это произойдет? Я не уверен, что первый аукцион поставил сразу соответствующий ориентир. Это все-таки кропотливая работа, потому что нужно создать достаточно ликвидную массу выпусков и кривую. Поэтому, если мы берем задачу по размещению трех-пяти выпусков, то, действительно, Москва станет очень серьезным ориентиром, помимо Российской Федерации, для всех. Ориентиром между Российской Федерацией и корпоратами первого уровня.

- Как вы считаете, по третьему 7-летнему "зеленому" выпуску Москвы будет дисконт за "зеленость"?

- Я думаю, что в России мы ограничены практически одним и тем же инвесторским пулом, поэтому от того, что ты "подкрашиваешь" облигации в один из цветов ответственного финансирования, экономия на купоне вряд ли произойдет. Она может произойти за счет более широкого участия инвесторов в этой сделке. Инвесторы тоже должны, а некоторые уже это и делают, осознать требования ответственного финансирования. Что касается западных инвесторов, то там как раз идет во многом давление на корпоратов именно со стороны инвесторов. Мы, говоря о "зеленых" облигациях Москвы в России, допускаем, что эти облигации можно будет разместить даже внутри той кривой, которую Москва сумеет построить на первых двух выпусках. Но должна быть кривая, то есть должен быть не один выпуск, не одна точка, должно быть три-пять-семь-восемь точек, чтобы можно было видеть по отношению к этой кривой, где находится твой "зеленый" выпуск. К "зеленому" выпуску, думаю, будет более высокий интерес со стороны инвесторов, в том числе и от инвесторов-нерезидентов.

- То есть вы ждете нерезидентов в третьем выпуске?

- Ничего не мешает нерезидентам войти в облигации Москвы, кроме одного обстоятельства: это должен быть инструмент, который можно легко купить в хорошем объеме. Почему пользуются спросом ОФЗ? Потому что очень ликвидные, большие выпуски. А для того, чтобы открывать лимит, проходить через все инстанции и так далее, крупному инвестору нужно понимать, ради чего он это делает. Покупка в объеме один-два миллиарда ничего не меняет, это должна быть возможность покупать объем, эквивалентный $50-100 млн. Причем если Москва разместит "зеленые" бонды, то у ряда иностранных инвесторов она только благодаря этому одному выпуску сразу попадет в другую категорию эмитентов. В итоге ее облигации - даже не "зеленые" - будут интересны этим инвесторам, потому что один "зеленый" выпуск у эмитента уже есть.

- Это идеальный вариант - разместить два обычных выпуска, а потом уже третий, "зеленый"?

- Ну, как минимум нужно два выпуска для того, чтобы сформировалась кривая, а потом разместить "зеленый".

- Сейчас дисконт при размещении вряд ли возможен, а в ближайшем будущем, когда "зеленый" выпуск у Москвы будет не один?

- Скажу свое мнение: я считаю, что "зеленые" облигации, в том числе выпущенные по российскому законодательству и в России, могут дать от 5 до 10 базисных пунктов экономии в ставке купона, потому что появится бОльший интерес к этому инструменту. И даже если в момент времени более широкий круг инвесторов не придет, он придет потом - на вторичке.

Я считаю, что мы находимся на пороге начала серьезной работы вообще всех корпоратов и банков по выпуску таких облигаций в стране. Рискну предположить, что во второй половине года мы увидим не один и не два, а как минимум дюжину таких выпусков, и основная задача - сделать сейчас для этого необходимые корректировки.

- Какие?

- В прошлом году произошло очень важное событие: в стандарты эмиссий были внесены дополнения, позволяющие выпускать "зеленые" и "социальные" облигации. В чем проблема? Проблема состоит в том, что всего 4% нашей экономики соответствуют, строго говоря, требованиям низкой углеродности. При этом 40% ВВП обеспечивают компании из углеродной или смешанных отраслей. А мир пришел к пониманию, что компании из таких отраслей даже под реализацию экологических проектов не могут выпускать "зеленые" облигации. Например, нефтяная компания выпускает облигации для финансирования биоразнообразия. Эти облигации не будут считаться "зелеными" по европейским нормам. Соответственно, как быть? Придумано и кодифицировано в мире два новых инструмента, они называются переходными облигациями и облигациями под соответствующие показатели эффективности (SLB-облигации). Вот эти переходные облигации позволяют выходить на рынки ответственного финансирования компаниям, представляющим отрасли с повышенным углеродным следом. Этих стандартов у нас сейчас нет, тогда как в мире все ожидают, что этот год будет годом именно всплеска размещений SLB-инструментов и переходных облигаций.

Также в России пока нет облигаций устойчивого развития (Sustainability облигаций), которые позволяют привлечь средства на смешанные - социальные и "зеленые" проекты, так как иногда на что-то одно проектов не набирается, чтобы выпустить ликвидные бонды. Соответственно, сейчас ведется большая работа регулятора с рынком, и мы в ней активно участвуем для того, чтобы в российском правовом поле тоже появились SLB-бонды, Sustainability бонды и переходные облигации. Вот этих трех инструментов не хватает. У нас же есть либо социальные, либо "зеленые" бонды, поэтому и выпусков-то особо нет.

- Значит, дело только в отсутствии правильного инструментария?

- Я считаю, что мы находимся на этапе переформатирования всего финансового инструментария. Что мы сегодня видим? Что Китай и Европа заявили о переходе к "безуглеродной экономике" через 30-40 лет. Чтобы создать эту экономику, одному Китаю требуется объем инвестиций более 16 трлн долларового эквивалента. Необходимо создать инфраструктуру, водородное топливо, хранилища для него, поменять заправочные станции на электрические, а для этого создать мощности. То есть в одном только Китае производство электричества должно вырасти в три раза! За счет чего это произойдет? Естественно, чтобы всю эту экономику создать, в ближайшие годы будет очень высокая потребность в угле, стали, нефтепродуктах - во всем том, что сегодня является основой так называемой "грязной" экономики. Другое дело, что разработка и переработка этих ресурсов во все годы перехода будет проходить по другим принципам.

Чтобы эти другие принципы разработки и переработки ресурсов были реализованы, основным ограничителем будет выступать финансирование. Инструменты финансирования будут подвергаться особому контролю. Нормальными станут инструменты, в которых будут заложены показатели ключевой эффективности на уровне корпораций, а они принимаются верификаторами только тогда, когда у самих корпораций будет разработана стратегия климатического перехода, когда будут созданы соответствующие органы для того, чтобы эту стратегию реализовывать. Верифицироваться будут и стратегия, и план, и сам инструмент, поэтому сегодня финансирование становится своеобразным медицинским контролем способности компаний реализовывать переход к экономике "net zero".

- России это уже касается?

- Мы говорим про Китай, про Европу, но фактически после выступления президента РФ на климатическом саммите для меня очевидно, что это становится нормой и в России. Поэтому мы тоже в ближайшее время увидим переформатирование. Не хочу выглядеть Кассандрой, но мы, скорее всего, вступаем в новую эру реиндустриализации - то есть переформатирования всех бизнес-процессов.

- Кассандра предсказывала верно, только ей никто не верил.

- Ну, людям же свойственно верить только в то, что они видят.

- Опрос "Эксперт РА" показал, что почти все опрошенные компании считают ESG просто хайпом...

- Так это замечательно, потому что как раз создает для кого-то конкурентные преимущества. Кто первым что-то сделает, тот создаст для себя конкурентные преимущества и завтра или уже сегодня получит возможность занимать по более низкой ставке. Вряд ли будет более низкая ставка по сравнению с тем, что сегодня у него есть. Просто если он этого не сделает, вскоре будет занимать по более высокой ставке. Придется давать премию за то, что ты не сделал, а не требовать скидку за то, что ты сделал. На каких-то начальных этапах еще уместно просить скидки для того, чтобы запустить процесс. Но уже сейчас мир находится в ситуации, когда весь публичный рынок долгового ответственного финансирования превысил объем в $1 трлн. Если весь наш рынок сложить (акции, облигации, евробонды и ОФЗ), то это сопоставимо - $1,1 трлн с небольшим. Но мы увидим, что объем размещений на рынке ESG в текущем году удвоится.

К счастью, те российские компании, которые сегодня имеют доступ к рынкам еврооблигаций, уже могут воспользоваться инструментами нового формата, которых пока нет в России, и создать для себя конкурентное преимущество. Но не все спешат, пока раскачиваются, смотрят.

- А вы, когда общаетесь с инвесторами при размещении еврооблигаций, замечаете, что стали чаще спрашивать про ESG-инструменты?

- Да. Причем есть колоссальная разница в уровне интереса инвесторов к этому вопросу между ноябрем 2020-го и февралем 2021 года. Мы делали выпуски облигаций "Газпрома", и инвесторы, которые в ноябре еще ничего не спрашивали, в феврале уже интересовались.

- Чем именно?

- Планирует ли компания делать соответствующие выпуски? Есть ли в планах компании утверждение соответствующей стратегии? Этот вопрос обсуждается.

- Другие желающие разместить "зеленые" бонды есть?

- Мы работаем над несколькими сделками по выпуску облигаций в форматах устойчивого развития, включая "зеленые" облигации, на данный момент три мандата и две программы.

- Если подытожить все вышесказанное про тему ответственного финансирования, в России сейчас сильная инициатива сверху - от ЦБ, правительства, президента, есть институт верификации в лице рейтинговых агентств. Процесс тормозится, так как компании не готовы и проектов под существующий перечень инструментов не хватает?

- По сравнению с тем, что было год назад, и что сейчас, в России диаметрально противоположная ситуация. Мы имеем два стандарта, российскую таксономию, ВЭБ в качестве методологического центра, "Эксперт РА" и АКРА, официально подписавшие Руководящие принципы ICMA, ряд выпусков, которые состоялись в России по новым правилам. Мы с начала года видели выпуски социальных облигаций и на международном рынке, и на российском, мы были одним из организаторов выпуска социальных облигаций МТС. То есть все необходимые инструменты есть.

Но компании смотрят на российский рынок в принципе осторожно из-за существующей волатильности. Это во-первых. Второй момент: для того, чтобы требование ответственного финансирования соответствовало реальному положению в России, когда у нас степень "зелености" трудно масштабируется в силу особенностей нашей экономики, необходимо умно в существующую стратегию вписать те глобальные тренды, которые сейчас есть.

У нас нельзя закрывать целые города, которые добывают уголь - и инвесторы в мире осознают важность осуществления "справедливого перехода".

Нужно создать три новых стандарта: SLB-облигаций с привязкой к ключевым показателям эффективности устойчивого развития, переходных облигаций и облигаций устойчивого развития под микс "зеленых" и социальных проектов, которые бы отвечали реальной способности нашей экономики поднимать переходное финансирование. Благо эти стандарты кодифицированы в мире, и мы не будем здесь спрямлять углы. Если мы это сделаем так, как это сделано в Европе, то будем разговаривать с ними на одном языке, и это нужно сделать не откладывая. К счастью, поддержка регулятора, как мы понимаем, есть.

- Нужны ли эти "зеленые" инструменты российским инвесторам?

- Мы не можем пока похвастаться тем, что задаем тренд в развитии этого финансирования. Но мы точно можем похвастаться тем, что в принципе у нас страна достаточно социальная по сравнению с многими другими экономиками. Как правило, все крупные компании так или иначе много чего делают с точки зрения экологии, но опубличить это, связать с финансированием - очень сложная задача.

- Как вы думаете, кто будет двигателем прогресса с точки зрения эмитентов - скорее компании, которые выходят на рынок еврооблигаций, или инициатива будет исходить от банков?

- Я считаю, что проводниками этих интересов на российском рынке должны быть банки на первом этапе, потому что банки во многих странах мира, вообще в сегодняшней экономике, это не только кредитующие организации и организации, которые берут депозиты, а это прежде всего платформа, объединяющая специалистов, экспертов разного уровня, здесь создаются центры компетенций. В нашем банке такие центры компетенций созданы, у нас фактически три подразделения вовлечены в процесс консультирования в отношении ответственного финансирования. С точки зрения экологической экспертизы есть одно подразделение, которое может помочь компании на раннем этапе проанализировать экологичность тех или иных действий. Есть группа, которая занимается фактически подготовкой к рейтингованию и верификации всех необходимых аспектов, начиная от стратегии и заканчивая самими облигациями. Кроме того, есть мое подразделение, которое занимается фактически консультированием компании с точки зрения подбора инструментов, выстраивания "дорожной карты".

- То есть история начнется именно с каких-то "зеленых" кредитов, а потом продолжится на рынке облигаций?

- Она уже началась с кредитов, но кредиты не настолько публичный инструмент. Назначение инструмента ответственного финансирования - создать максимальный эффект публичности. Почему? Потому что экология - это то, что касается всех. Банк не просто озвучивает пожелание "вам бы следовало это сделать", он может настоять и на собственных стандартах, ввести свое анкетирование, ввести требования в свои условия предоставления кредитов, создать свой собственный кредитный портфель тех предприятий и тех проектов, которые соответствуют принципам ESG, и дальше уже внедрять инструменты. Вот в этом плане у банков, я бы сказал, роль интеграторов и промоутеров всей "зеленой" повестки.

- На сколько, по вашим оценкам, увеличился объем кредитов, которые попадают в категорию "ответственное финансирование"?

- Объем кредитов еще не увеличился. Это происходит иначе: ты нарабатываешь, нарабатываешь, потом пойдет. Банки должны повысить стандарт, на основе которого выдают средства. Это как строительный стандарт: можно все, что угодно построить, но ты повышаешь стандарт, делаешь евроремонт, ставишь специальные прокладки на окна, повышаешь энергоэффективность, требуешь, чтобы новые дома были построены по этому стандарту. Приблизительно таким же должен быть стандарт финансирования - ты можешь получить финансирование, если ты соответствуешь этим стандартам. Но кредитование дает компаниям лишь отчасти возможность вступить в клуб ответственного бизнеса. Реальным подтверждением является сегодня наличие вот этих облигаций, верифицируемых в том числе и не только рейтинговыми или там соответствующими компаниями, но и попадающих в соответствующие базы данных. Тогда все могут посмотреть и сказать, что да, с этой компанией можно иметь дело. Я считаю, что не опережу время, если скажу, что завтра по всей цепочке поставок требование на соответствие стандартам ESG будет одним из решающих.

- То есть компания сначала возьмет кредит по стандартам банка, а потом подумает, почему бы мне не выпустить облигации...

- Да, потом разместит облигации и вместе с банком рефинансирует этот кредит в виде облигаций или сразу таковые выпустит. В этом плане решимость Москвы достойна высших похвал, и я думаю, если Москва это сделает, за ней последуют и другие регионы, а может, и города.

Последствия пандемии

- Мы почти ничего не сказали про пандемию. Много ли сделок пришлось из-за нее отменить?

- Дебютная сделка девелопера "Брусника" была организована нами 5 марта прошлого года. Мы, по-моему, и трех недель не продержались до следующей сделки, это было "Роснано", а потом ТМК, и пошло-поехало. То есть наш рынок взял паузу, несмотря на жутчайшую волатильность, которая тогда была, не более чем на три недели. В целом российский рынок в условиях пандемии благодаря нормальной инфраструктуре оказался более технологичным, чем многие другие рынки. Мы сумели, как банк, сделать в прошлом году рекордное количество сделок, то есть у нас на первичных рынках 111 сделок.

- За счет чего это получилось?

- Это просто отработанные механизмы. Кроме того, у нас было снижение ключевой ставки, повышение ликвидности в системе, соответственно, снижение в целом ставок финансирования, последовавшее за этим. Экономика перестраивалась, корпорациям нужны были деньги на финансирование, не только рефинансирование, но и на адаптирование к этой системе. Мы же уже выходим из пандемии, и вы видите, что за исключением отдельных случаев никто на себе ничего не почувствовал, все базовые товары в наличии.

- Последствия пандемии еще ощущаются рынком?

- С одной стороны, беспрецедентные меры денежно-кредитной и фискальной поддержки рынка со стороны ключевых мировых регуляторов и правительств в прошлом году позволили быстро нормализовать ситуацию и привели к снижению ставок до рекордно низких значений. С другой стороны, в текущем году эти меры поддержки, как и другие факторы, начали восприниматься инвесторами как потенциальный триггер для разгона инфляции, что способствует наблюдаемому в настоящий момент глобальному росту доходностей и сказывается на российском рынке. На наш взгляд, тенденция еще не завершена, и рынок облигаций может остаться под давлением.

Скажу так: экономика штука упрямая, глобально из пандемии никто не выходил. Это еще предстоит сделать, то есть рост индустриальный, рост потребительский пока впереди. А Россия от этих глобальных циклов в огромной степени выиграет как страна, которая обеспечивает как минимум базовым сырьем, и уже не только сырьем, но и частично переработанными нефтяными продуктами. Это первое. Второе. Я вам сказал о тренде, который начинается и разворачивается прямо на наших глазах - это тренд реиндустриализации, переход к экономике нулевой карбоновой нейтральности - "net zero". Это не шутка, это огромные инвестиции во всех странах мира, такой перманентный процесс. Вспомните, сколько компаниям прошлось вложить в то, чтобы пройти процесс цифровой трансформации. То же самое придется сделать и здесь, чтобы у тебя реально на основе стратегии перехода к карбоновой нейтральности заработала вся экономика. Мы увидим массу новых проектов, которые будут появляться в результате постадийной реализации.

Ожидания и прогнозы

- В конце 2019 года анонсировалось возможное размещение облигаций НБР (Новый банк развития) на сумму около 10 млрд рублей, но, видимо, из-за пандемии они сделку отложили?

- У НБР, очевидно, свои задачи. Я думаю, что это вопрос времени, а стратегическая линия остается, мы поддерживаем диалог. Я не знаю, когда они примут решение размещаться, но все для этого готово.

- Много ли сделок вы готовите?

- В проработке много сделок, но требуется стабилизация рынка, а лучше разворот для того, чтобы инвесторы вновь покупали облигации, чтобы премии первичного размещения сократились.

- Президент РФ в послании намекнул, что не приветствует выбор между инвестициями и дивидендами в пользу последних. К чему это может привести, на ваш взгляд? К вложению в такие переходные проекты?

- Дивидендная доходность - это тоже функция финансового состояния компаний, это такая же функция закономерности развития рыночных процессов, как и спрос и предложение. Потому что если ты платишь дивиденды, то инвестор получает соответствующий доход, и его готовность инвестировать в новые проекты повышается, ведь инвестор рассуждает языком общей доходности. То, что акционерный капитал сегодня в России очень дорогой, знают все. Но если акционерный капитал публичных компаний будет давать доходность 10%+ в обозримой перспективе, и составляющая, прежде всего, будет дивидендная, мы увидим рост интереса к российским акциям. Вы понимаете, что успех акционерного размещения, например, "Сегежи", ускоряет процесс строительства завода там, соответственно, если дивидендная доходность плюс ожидаемый рост акций соответствует интересам инвесторов, мы получаем еще один положительный пример. Я считаю, что то, что у нас сегодня 6,5-7,5% ставка купона на первом эшелоне, что мы имеем в районе 8-9% купон на третьем эшелоне - это шикарно. Но если мы будем иметь ведущие компании, которые платят дивидендную доходность по своим акциям в размере 9-11%, это сделает привлекательным весь наш рынок и потенциально даст возможность всем тем, у кого сегодня куча проектов новой экономики, запускать эти проекты на российской бирже.

- Если вернуться к облигациям, компании продолжают в большей степени занимать на рефинансирование задолженности, а не на инвестпрограммы?

- По нашей оценке, средневзвешенный рост объема инвестпрограмм в 2021 году составит 6%. Думаю, что на рефинансирование идет большая часть привлечения.

- Что вы в принципе ждете от этого года?

- Вполне вероятно, что по итогам 2021 года рынок покажет меньший объем размещения относительно 2020-го. Как мы уже сказали, эмитенты активно смотрят на кредитный рынок. В ближайшее время по мере стабилизации и улучшения условий объем размещений будет расти. Сейчас сложный момент, потому что все ждут, что пандемия вот-вот закончится, а она все не заканчивается. Но те, кто реально работает в бизнесе, в рынке, они понимают, что мы уже прошли точку невозврата, мы движемся к новой экономике. Потому этот год будет лишним подтверждением, что раскручивается спираль ответственного финансирования в мире. Не 1-2 выпуска, а фактически это станет новой нормой. Ну и, конечно, для страны очень важно, чтобы мы в этом темпе развивали свой собственный рынок и держали открытой свою платформу для участия других стран, эмитентов других стран, потому что для нас очень важно, чтобы рубль стал валютой не только российских, но и международных заимствований.

- А планирует размещаться на "Мосбирже" в этом году кто-то из других государств?

- Ну, конечно, глаза боятся - руки делают, волатильность пройдет, и я думаю, что этот год не будет исключением.

Интервью

Глава НПФ ВТБ: мы постоянно оцениваем участников рынка, но задачи покупать другие фонды любой ценой нет
CEO "ФосАгро": ценовая конъюнктура и видение рынка позволяют нам позитивнее смотреть на инвестиционное развитие
Замглавы "Русала": Рост спроса на металлы позволяет говорить о наступлении суперцикла
Глава "Росгеологии": хотим привлечь $50 млн в венчурный фонд для поддержки компаний-юниоров
СЕО "Металлоинвеста": успешные IPO российских эмитентов за последние полгода вселяют оптимизм
Алексей Фурсин: пришла пора сместить акцент с проблемы спасения столичного бизнеса на вопросы его развития и масштабирования
Ректор ТГУ: вузам нужна новая цифровая дидактика
Глава "Траста": диалог с заемщиками почти никогда не прекращается: это бизнес, а не обиды супругов
Замглавы En+: ожидаем листинг высокоуглеродной компании до конца года
Глава AmCham: Дружба американского бизнеса с Россией продолжается
 
Подписка
Хочу получать новости:
Введите код с картинки:
Обновить код