ХроникаПандемия коронавирусаОбновлено в 17:57Заразились
на 23.10
В России 1 480 646+17 340В мире 41 695 675+468 499

Уже хорошо, что новых проблем не прибавилось

Посол Российской Федерации в Эстонии Николай Успенский подвел итоги минувшего года для развития эстонско-российских отношений, обозначив наиболее острые моменты

Уже хорошо, что новых проблем не прибавилось
Уже хорошо, что новых проблем не прибавилось
Фото: ИТАР-ТАСС

Москва. 31 декабря. INTERFAX.RU - Итоги минувшего года в эстонско-российских отношениях в беседе с корреспондентом "Интерфакса" в Таллине Аркадием Присяжным подводит посол Российской Федерации в Эстонии Николай Успенский.

- Эстония на протяжении последних лет в восприятии многих россиян была непростым "орешком" в наших двусторонних отношениях. Как бы Вы оценили их состояние в году минувшем?

- Если отталкиваться от определения братьев Стругацкий, что счастье есть отсутствие несчастья, то прошедший год, видимо, можно считать удачным хотя бы потому, что каких-то новых осложнений и проблем в российско-эстонских отношениях не прибавилось.

Проблемы и озабоченности, оставшиеся нам от предыдущего периода, в принципе остались. Но могу сказать, что общая атмосфера отношений несколько улучшилась. В начале 2009 года прошли довольно серьезные консультации на уровне заместителей министров иностранных дел, наш министр иностранных дел Сергей Лавров встречался с эстонским коллегой Урмасом Паэтом в ходе международной конференции. Министры культуры Александр Авдеев и Лайне Янес обменялись визитами, в ходе которых были подписаны протоколы о культурном сотрудничестве, которое, надо сказать, всегда было динамичным и насыщенным.

Наметилось продвижение по ряду важных для обеих сторон вопросов. Например, по соглашению о пенсионном обеспечении. Прошли три раунда переговоров между министерствами социальных дел и нашим Пенсионным фондом и, надеюсь, в 2010 году эта работа будет доведена до конца. Главное, есть стремление с обеих сторон решать вопросы с учетом интересов друг друга.

Возможно и заключение в ближайшее время соглашения, которого мы давно добивались: о порядке воинских захоронений и поддержании в порядке мест захоронений. Налаживается сотрудничество между правоохранительными органами и силовыми ведомствами, в том числе по борьбе с наркотиками. В Таллине побывал глава Федеральной службы по борьбе с незаконным оборотом наркотиков и психотропных веществ Виктор Иванов, прошли очень интересные переговоры с министром внутренних дел Марко Померанцем и подписан ряд соглашений по совместной борьбе с этим незаконным бизнесом.

Достигнуто соглашение по сотрудничеству в транспортной сфере и даже есть конкретные результаты. Открыта авиалиния Талин – Санкт-Петербург. Ожидается введение пассажирского вагона Талин – Санкт-Петербург. Его будут прикреплять к пассажирскому составу Таллин-Москва, вскоре после пересечения границы отстыковывать от него и вновь присоединять к проходящему составу уже на Петербург. Пока речь идет об одном вагоне, но если пассажиров будет больше, возможно и увеличение численности вагонов. Дело согласовано, единственный вопрос - по прибытию: оно ожидается очень рано, в районе пяти утра, когда городской общественный транспорт еще не работает. Но это уже техническая проблема.

Кроме уже перечисленных соглашений, готовятся документы по сотрудничеству при проведении спасательных работ, о пограничных переходах и другие. Словом, тенденция в двусторонних отношениях в принципе обозначена достаточно четко. Договорная база крепится, а это прочная юридическая основа, которая позволит нам оптимистично смотреть в будущее.

В определенной мере здесь сказалось общее состояние отношений России с Западом, с Европой, с США, с Европейским союзом и большая работа, которую проводят руководство России и ее партнеры.

Она начала оформляться в конкретные предложения, основополагающие соглашения с НАТО, с ЕС. Это, прежде всего, инициативы нашего президента Дмитрия Медведева по европейской безопасности, которые позволяют приступить к юридическим серьезным, основополагающим вопросам, которые заложат прочную основу на будущее. Примерно такая же картина складывается и в нашем масштабе, с Эстонией.

- Мир меняется, ряд членов ЕС и НАТО, в том числе США призывают к "перезагрузке". Можно ли в связи с этим говорить, что наметившаяся тенденция к нормализации перерастает в "перезагрузку" и эстонско-российских отношений?

- "Перезагрузка" с Америкой – это одно, а вот с Эстонией у нас пока еще не получается. Определенные накопления есть, но "перезагрузки" еще нет.

Расхождения по ряду вопросов сохраняются. Самый кардинальный вопрос – это вопрос о границе. Пограничный договор находится в том же состоянии, что и год, и два, и три тому назад. Это базовый для всего комплекса наших отношений вопрос. Нужно заключить договор без политических довесков и все.

Кроме того, мы, к сожалению, наблюдаем недружественную риторику, в том числе и со стороны высокопоставленных лиц. И здесь, похоже, самое трудное – менять мышление. Тем более, если человек уже состоялся, если оно для него комфортно и удобно, то менять его очень и очень тяжело. Это требует времени и усилий со всех сторон. Надеюсь, что здравый смысл все же победит.

- Сказался ли экономический кризис на двусторонних торгово-экономических отношениях?

- Эстонию глобальный кризис затронул в неменьшей степени, чем другие страны, чем Россию.

В первую очередь пострадали отрасли, связанные с материальным производством: машиностроение, строительство, судоремонт, переработка, пищевая промышленность. А там практически были заняты в основном наши соотечественники, чье экономическое положение ухудшилось значительно серьезнее, чем эстоноязычного населения. Но мы сейчас переживаем только первую волну кризиса. А вот если грядет вторая, то она может ударить уже по всем, в том числе и по эстонскому населению.

В течение всех последних 20 лет Эстония ускоренными темпами стремилась выйти на Запад. Вышла, дальше вроде бы уже идти некуда. Связи устоялись и перспективы ясны. Изобретать, по большому счету, нечего. Но на этом фоне оказался подзабыт восточный рынок. Россию здесь трудно в чем-то обвинять. Для нас Эстония на фоне тех проблем, что мы решаем в масштабах всей страны, не такой уж серьезный элемент. Разумеется, в масштабах нашего Северо-запада: Пскова, Санкт-Петербурга, торговля с Эстонией – это сфера, которую нужно развивать. Приграничная торговля – это область, где есть резервы для обеих сторон, она отвечает и интересам Эстонии, стремящейся выйти из кризиса.

- Но почему Эстония не использует, например, свое благоприятное географическое расположение и вместо выхода на российский рынок, использование транзитных возможностей публично на высшем уровне отказывается от них? Например, по подсчетам экономистов, сокращение транзита из-за Бронзового солдата обошлось Эстонии в 6-8 миллиардов крон. Это как раз та самая сумма, на которую Эстония была вынуждена сократить свой государственный бюджет. Отказ сотрудничать по газопроводу "Северный поток" сулит, по мнению экспертов, убытки в 10 миллиардов крон в виде не полученной выгоды, не созданных рабочих мест и тому подобное.

- Эстония, естественно, не может не использовать свое выгодное географическое положение. Но это должно делаться на более современной основе, без конъюнктуры. Мы очень надеемся, что договор Россия-ЕС, который, как я надеюсь, будет подписан, поставит вопросы на более правильную основу. В этом плане тенденции ясны.

Но что касается будущего, я бы делал ставку на прорывных отраслях, не завязанных на традиционные. У Эстонии есть, что позаимствовать: новые технологии, информационные сферы, которые нормально развивались на протяжении последних 20 лет. Это опыт, в котором заинтересованы многие наши регионы. Например, побывавшая недавно в Эстонии делегация Тюмени проявила большой интерес к т.н. электронному правительству, к информатике.

- Как оцениваете нынешнее положение русскоязычной общины?

- Ситуация по-прежнему вызывает озабоченность. Разразившийся в Эстонии экономический кризис больнее всего ударил по русскоговорящим жителям, традиционно занятым в сфере промышленного производства. Уровень безработицы среди них выше, чем среди эстонцев, у них меньше перспектив найти работу.

Но и по многим другим вопросам сложившееся положение вызывает озабоченность. Например, законодательная база, касающаяся наших соотечественников и русскоязычного населения, в целом в лучшую сторону не изменилась. Скорее, наоборот.

Проводимая в Эстонии реформа образования явно направлена на то, чтобы сузить сферу применения русского языка, вытеснить его из образования гимназического, школьного и даже дошкольного, начиная с детских садиков, с трехлетнего возраста.

"Закон о языке" в новой редакции еще больше ужесточен, языковой инспекции предоставляются дополнительные возможности для санкций, возможности самовыражения русскоязычного населения в местах компактного проживания сокращаются.

Но просматриваются и здравые вещи, по крайней мере, на уровне суждений и высказываний. Например, канцлер права Индрека Тедера недавно заявил о необходимости автоматического предоставления гражданства детям неграждан, что вызвало определенную дискуссию в обществе.

Это здравые мысли, соответствующие тому, что говорили представители международных правозащитных организаций. Мы с российской стороны все время также говорили об этом с эстонскими партнерами на самых высоких уровнях

- В Эстонии создан и создается ряд структур, занимающих, мягко говоря, не самую дружескую позицию в отношении России. Балтийский институт изучения России, Международный институт стратегических оборонных исследований. В декабре президент провел первое заседание созданного по его же инициативе института Памяти Эстонии. Различные "эксперты", "политологи" и даже официальные лица открыто говорят о "холодной войне" с Россией, ей посвящают целые газетные выпуски, как, например, недавний номер приложения к ведущей газете "Ээсти Пяевалехт" - "Рииги театая" (Государственная оборона – ИФ). Полиция безопасности выпускает ежегодники, которые априори обвиняют проживающих здесь россиян во всех смертных грехах и служат идеологическим ориентиром для соответствующе настроенной эстоноязычной прессы.

- Я не вижу здесь каких-либо серьезных аналитических и исследовательских центров, которые занимались бы конкретикой, текущим анализом и прогнозами, были нацелены в будущее. В основном они занимаются тем, что было и прошло.

Возьмем институт Памяти. Он ориентирован на то, чтобы выявить, что было при Советской власти. Но даже у его предшественника, в созданной бывшим президентом Леннартом Мери комиссии по изучению преступлений против человечности и то был представитель России, Арсений Рогинский. В составе экспертов нынешнего института множество иностранцев и ни одного россиянина. Думаю, здесь трудно ожидать объективного и всестороннего анализа.

Нужно отходить от пропаганды. Ею занимаются по различным причинам. По причинам чисто конъюнктурным, личного благополучия, в силу социального заказа или просто в силу своих убеждений. Опыт показывает, что это тупиковый путь и чем раньше отойти от него, тем лучше, безболезненнее.

Конечно, историю нужно знать и историки этим должны заниматься. При этом возможности для сотрудничества есть и здесь, если к вопросу подходить с позиции объективного рассмотрения истории, а не подгонять все под конъюнктуру. К сожалению, есть немало примеров, когда именно под нее подгоняются вопросы, которые требуют непредвзятого, нормального научного анализа. Это очень серьезная тема, которая вызывает и в России неоднозначное отношение.

Пока же между нашими странами нет системной, прочной основы для подобного взаимодействия, как, например, с Польшей, например. Там уже все давно поставлено на солидную действующую основу.

В начале 2009 года, правда, состоялась совместная встреча историков, и они нашли серьезные точки соприкосновения при анализе самых разных аспектов прошлого, начиная с 18-19 века, Советского периода. Так что в данной области есть и кадры, и возможности, и желание для сотрудничества. Нужно только соединить все вместе.

- Как Вы расцениваете, что в Эстонии за прошлый год "скончались" обе более или менее самостоятельные ежедневные русскоязычные газеты: "Вести дня" и "Молодежь Эстонии". При этом на фоне исчезновения СМИ на русском языке появляются сначала государственное телевидение на русском языке, теперь речь идет создании и государственной газеты на русском языке. Инициатор затеи - министерство внутренних дел. Газета, издающаяся под "колпаком" МВД?

- Медийный рынок - это вообще очень серьезная вещь. И дело здесь может быть не столько в идеологии, сколько в экономике. Это в числе прочего вопрос менеджемента.

Что же касается журналистов… В Эстонии очень сильные журналистские русскоязычные кадры. Старую школу русскоязычной журналистики отличает очень высокий уровень. Прекрасное владение словом, прекрасные знания, это люди не с одним высшим образованием. Здесь все это есть, это наследие, которое нужно всячески поддерживать.

Например, в Эстонии действует международный пресс-клуб "Импрессум". Он делает большое дело, поднимает острые темы. Может быть, кое-кому в Эстонии они кажутся резкими и некомфортными. Но при этом они открыли эстонскому читателю множество людей как в Эстонии, так и в России, о которых никак нельзя сказать, что они идеологически ангажированы. Например, очень популярный в России писатель - фантаст Сергей Лукьяненко.

Только что "Импрессум" выпустил очень симпатичную книгу, сборник воспоминаний "Некороткая память". В ней есть интереснейшие вещи, написанные в добрых, человеческих красках. Мы отвыкли уже слышать подобное в официальных комментариях. Новая книга ни на что идеологически не ориентирована. Просто показывает: ребята, посмотрите, как было, что эти люди думали, что они делали. Это очень полезно, и если государственные СМИ будут этим заниматься, то и флаг им в руки. Пожалуйста, занимайтесь.

- Что Вы ждете от года наступившего?

- Я не ставлю перед собой заоблачных целей. Мне бы хотелось довести до конца как минимум два соглашения. Прежде всего, по воинским захоронениям. Не за горами годовщина Дня победы. Мы в неоплатном долгу перед нашими ветеранами. Только здесь, в Эстонии имеется свыше 20 тысяч захоронений советских солдат. В течение всего минувшего года была проделана большая работа по приведению в порядок воинских захоронений. Были освоены значительные суммы, использовались возможности посольства, военного атташе, соответствующих организаций России, местных организаций. Но хотелось бы заниматься этим на систематизированной юридической основе, на базе соглашения о воинских захоронениях.

И второе, это договор о пенсионном обеспечении. Он касается наших ветеранов, которые заслужили достойную старость. В минувшем году состоялись три тура переговоров между министерством социальных дел Эстонии и нашим минздравсоцразвития и Пенсионным фондом. "Здесь еще есть сложные вопросы, которые на первый взгляд могут показаться чисто техническими, но которые для людей являются жизненно важными: о начислении трудового стажа, в том числе за советский период, о размерах пенсий, возможности получения военной пенсии и тому подобном".

Стремление решать эти вопросы с учетом интересов друг друга есть с обеих сторон и надеюсь, что они будут решены в наступившем году.

Интервью

Никол Пашинян: Ереван за ввод российских миротворцев в зону карабахского конфликта
Сергей Рогов: требование США о заморозке ядерных арсеналов останется декларативным
Замглавы Минэнерго: объективных причин для переноса проектов модернизации на фоне COVID не видим
Израильский дипломат: снятие оружейного эмбарго с Ирана узаконивает воинственные амбиции Тегерана
Посол РФ в Иране: Американскими санкциями за ВТС с Ираном нас не напугать
Посол Ирана: Тегеран разумно подойдет к отмене оружейного эмбарго
Зампред ЦБ: прогнозная траектория ключевой ставки - не самостоятельная субстанция, а составляющая часть прогноза
Глава "Яндекс.Маркета": E-commerce для "Яндекса" станет большой стройкой на следующие несколько лет
Конструктор РКС Юрий Гектин: российские метеоспутники по ряду показателей превосходят аналоги из США, ЕС и Японии
И.о. директора Института Дальнего Востока: выборы президента США - один из ключевых вопросов для Китая
Подписка
Хочу получать новости:
Введите код с картинки:
Обновить код