ХроникаПандемия коронавирусаОбновлено в 15:15Заразились
на 03.04
В России 4 149+601В мире 1 095 917+82 760

Людмила Нарусова: Мы еще не построили фундамент демократии, а уже меняем крышу

Сенатор рассказала, как изменилась Россия за 20 лет, прошедшие со дня смерти Анатолия Собчака

Людмила Нарусова: Мы еще не построили фундамент демократии, а уже меняем крышу
Член Совета Федерации Федерального Собрания РФ Людмила Нарусова
Фото: Сергей Коньков/ТАСС

Москва. 18 февраля. INTERFAX.RU - 19 февраля исполнится 20 лет со дня кончины Анатолия Собчака – первого мэра Санкт-Петербурга и одного из авторов действующей Конституции РФ. О грядущей конституционной реформе, отношениях человека и власти, наследии Собчака в интервью "Интерфаксу" рассказала вдова политика, член Совета Федерации Федерального Собрания РФ Людмила Нарусова.

- Людмила Борисовна, как изменились Россия и Петербург за прошедшие 20 лет?

- В самое голодное, холодное время, с продовольственными карточками, с отсутствием необходимых товаров Петербург стал звучать во всем мире именно как культурная столица, как центр притяжения. Все мировые лидеры приезжали именно в Петербург. В это самое страшное, криминально-голодное время Мстислав Ростропович, Майя Плисецкая, Владимир Спиваков были частыми гостями в Петербурге. Это предназначение Петербурга, которое Собчак понимал как никто другой. И главное: он воплощал идею основателя города Петра I - "Все флаги в гости к нам". Он привлекал в Петербург иностранные инвестиции. Он понимал, что Петербург должен стать финансовой, экономической столицей, и географическое положение тому способствовало.

Открытость города, "окно в Европу", которое прорубил Петр, стало не окном, а большой широкой дверью, несмотря на сложности, которые были в стране и в городе. Очень сожалею, но сейчас это окно превращается в форточку, и курс на изоляцию как России, так и города, на мой взгляд, противоречит самому духу города, о котором мы сейчас говорим.

- Собчак был одним из авторов Конституции Российской Федерации 1993 года. Что он говорил о незыблемости Конституции? Какие положения он считал принципиальными, а для каких допускал перемены?

- Именно он настоял и убедил тогдашнего президента России Бориса Ельцина, что первые главы Конституции, которые касались приоритета прав человека, должны оставаться неизменными. Это основа Конституции любой демократической страны. Поползновений изменить их за это время было множество, но, надеюсь, этого не произойдет.

Собчак говорил, что это Конституция переходного периода, и сделана она была наспех, после расстрела парламента. Ясно было, что страна стоит на пороге гражданской войны, и Конституция должна была предотвратить эту войну, переместить борьбу с площадей и улиц в парламент. Собчак придавал большое значение парламенту, который и должен в своих стенах вести дискуссии, но главное – парламент должен был выбираться многопартийный, на абсолютно честных выборах. Только тогда он может отражать весь спектр мнений, интересов нашего народа. Когда в парламенте представлены дежурные, "оппозиционные" партии, и одна - главенствующая, монопольная, такой парламент не отражает сути того, что хочет и мыслит весь народ.

Первое условие – это прямые и свободные выборы, в том числе отсутствие всяких фильтров. Я как сенатор внесла свою поправку в проект изменений в Конституцию об отказе от "муниципального фильтра". Нужна реальная, а не декоративная многопартийность, и, конечно, независимость парламента. Только независимый парламент может быть гарантией того, что политическая борьба не перекочует на улицы, и все группы населения будут представлены.

Об этом говорил Анатолий Собчак: "У нашего парламентаризма есть родовое проклятие: после расстрела парламента 1993 года власть испугалась непокорного парламента и решила избирать только надежных и проверенных депутатов, а депутаты испугались, что если они будут непослушными, власть может распустить парламент или даже уничтожить танками. Это проклятие мешает демократическому развитию парламентаризма".

В проекте Конституции даются большие полномочия парламенту, но уж точно не такому, какой есть сейчас. Например, когда проект поправок в Конституцию принимается ста процентами голосов, это не парламент. Это доказывает отсутствие настоящего парламентаризма: не может быть в демократической стране стопроцентное голосование по любому вопросу.

- Какие из предложенных разными участниками процесса поправок лично вы считаете категорически недопустимыми?

- Право отзыва судей. Судебная система по ныне действующей Конституции 1993 года – это отдельная ветвь власти. Не может исполнительная власть, президент или законодательная власть увольнять судей. Очень легко прийти к тому, что судьи будут послушно штамповать решения партии и правительства. Если даже найдется такой судья, который примет решение не в тренде, его можно просто лишить должности. Судьи должны быть абсолютно независимыми.

Госсовет. У меня есть опасение по поводу присущего России стремления перетянуть власть, когда есть два центра власти: Госсовет и президент. Самая страшная история показывает двоевластие: это было в 1917 году, когда в результате двоевластия банда большевиков захватила власть, и в 1993 году, когда противостояние Верховного Совета и Ельцина чуть не закончилось гражданской войной. Нам предлагают проголосовать за поправки по Госсовету, а полномочия будут прописаны в отдельном законе. Получается "кот в мешке": мы примем это, а что будет делать Госсовет, узнаем позже. Мне пока никто не может объяснить, кто будет верховным главнокомандующим – президент, глава Госсовета или Совета безопасности. Все это очень зыбко и пока не очень понятно. И, конечно, такие экзотические поправки, как ввести бога в Конституцию – это за пределами конституционного поля в светском государстве, где на равных существуют религия и атеизм.

- Сама процедура всероссийского голосования по поправкам не вызывает у вас вопросов?

- Вызывает массу вопросов, потому что пока не понятно, кто будет считать, будут ли наблюдатели. И вообще, Конституцию должны менять только на референдуме. Это, кстати, прописано и в самой Конституции. Общероссийское голосование – это такое аппаратное изобретение; никто не знает, какие будут принципы и законы, но звучит очень демократично, вроде как весь народ будет голосовать. Но на самом деле - это абсолютно аппаратные игры.

- На ваш взгляд, заложенные Анатолием Собчаком основы демократии в России за это время получили своё развитие или сдерживались, и наблюдается разворот в обратную сторону?

- Я не могу сказать, что за прошедшие 20 лет российская демократия укрепилась. Наоборот, все время шли разговоры о том, как бы ее подкорректировать: то у нас должна быть суверенная демократия, то еще какая-то. За эти годы мы еще не построили фундамент демократии, не научились жить по демократическим законам, в том числе конституционным, а уже хотим менять крышу. Это, на мой взгляд, самая большая ошибка. Еще не укрепился фундамент демократии, те самые фундаментальные главы о приоритете прав человека над государством и соблюдении статей Конституции, которые гарантируют эти права. А нам уже говорят: давайте крышу сделаем новую.

- Ксения Собчак участвовала в выборах президента РФ в 2018 году. На ваш взгляд, насколько реально молодому человеку в современной России заниматься политикой?

- Формально у нас есть такие возможности. И лидеры, и всяческие школы кадрового резерва, где их обучают прыгать со скалы и выполнять управленческие функции. Но то, как эти потенциальные лидеры попадают в эти школы – чаще всего по рекомендации "Единой России" – вызывает большие сомнения. Это собственный кадровый резерв надежных, проверенных партийцев. Нужна свежая кровь, нужны молодые люди, которым сейчас пробиться очень трудно. Посмотрите на выборы в Московскую городскую думу: масса молодых людей, желающих заниматься политикой и имеющих иные взгляды, чем те, которые нужны руководству Москвы, собрав подписи потенциальных избирателей, из-за муниципальных фильтров не смогла пройти.

На мой взгляд, это была величайшая ошибка власти – не пустить пять-семь молодых креативных ребят. Пусть они будут не очень удобны, пусть они будут задавать неудобные вопросы, но у них есть желание, они наберутся опыта. Власти спровоцировали противостояние на улицах и жестоко подавили его с нарушением 31-й статьи Конституции, ведь люди собирались мирно и без оружия.

- Не исключено, что следующий президент России будет не из Петербурга. Есть ли, на ваш взгляд, риск утраты городом столичного статуса?

- Столичный статус определяется не тем, кто президент – петербуржец или нет. Это определяется духом города и той политикой, которую проводит руководство города. Тот криминальный, голодный Петербург, который достался Собчаку, отнюдь не был столичным. Это зависит от руководителя, будет он принимать все, что ему скажут в Москве, или будет пытаться строить достойную Петербурга независимую политику.

- Какие отношения были у мэра Собчака с депутатами городского собрания? Сегодня, на ваш взгляд, отличается система отношений Смольного с ЗакСом?

- Отношения были сложные, противоречивые, не гладкие, но именно потому, что разношерстным был сам городской парламент. Сейчас там монополизм одной партии, хотя есть отдельные вольнодумцы.

- Тем не менее, петербургский парламент считается одним из самых свободных в стране...

- Благодаря десятку депутатов, которые там есть. Но я имею в виду решения в целом, которые принимает ЗакС – они во многом игнорируют все изъявления свободной мысли, которые там иногда звучат.

- Собчак переименовал Ленинград в Петербург. Как вы сейчас относитесь к возвращению улицам дореволюционных названий?

- Вообще-то улицы стали переименовываться в 1991 году, после переименования города. Сегодня этот вопрос нельзя решать ни губернатору, ни депутатам. Например, прекрасно вернуть Советским улицам имя Рождественских. А вот улица Марата называлась до революции Грязной. Захотят ли жители города жить на Грязной улице? Думаю, что нет. Я думаю, что здесь мы должны повторить опыт, который провел впервые еще в СССР Собчак: поменял название города не росчерком пера, депутатов Ленсовета или собственного, а референдумом. По таким вопросам нужно проводить референдум. Это должны решать сами граждане в единый день голосования.

- Складывается ощущение, что действующая власть негативно относится к самому слову "референдум".

- Да, она боится прямого волеизъявления граждан на выборах. Поэтому придумываются уловки вроде фильтров, чтобы только граждане не выразили свободно свое волеизъявление. Это прямое нарушение Конституции, потому что источник власти в Российской Федерации – это народ. А значит, волеизъявление народа должно быть обязательным для власти.

- Считаете ли вы, что политическая борьба за права женщин в современной России – это актуальный вопрос? Или все необходимые права и гарантии у женщин в России уже есть?

- Здесь я могу привести слова нашей замечательной землячки Галины Старовойтовой. Она говорила: "Феминистский вопрос поднимают те женщины, для которых их пол – это их потолок". У наших женщин не так уж мало прав. У нас в правительстве были женщины, и губернатором в Петербурге была женщина. Речь идет скорее не о правах, а о деловых обыкновениях. Какие-то остатки азиатско-ленинского менталитета: с одной стороны, "каждая кухарка может управлять государством", а с другой - "место женщины на кухне". Это уже, скорее, бытовой уровень. Должен поменяться менталитет наших людей, а это законом не исправить. На мой взгляд, губернаторами и депутатами должны быть образованные, умные и порядочные люди, а женщина это или мужчина – не имеет значения.

Интервью

Подписка
Хочу получать новости:
Введите код с картинки:
Обновить код