ХроникаВоенная операция на УкраинеОбновлено в 22:34

Сергей Рогов, Виктория Журавлева: внешняя политика США определяется внутренними проблемами

Москва. 7 февраля. INTERFAX.RU - На днях новый президент США Джо Байден выступил с первой речью, которая формально была посвящена внешней политике страны, ее целям и путям их достижения. Но, как всегда и везде, суть таких выступлений каждый видит по-своему. На эту тему наш специальный корреспондент Вячеслав Терехов беседовал с академиком РАН Сергеем Роговым и Викторией Журавлевой, руководителем Центра североамериканских исследований ИМЭМО РАН имени Е.М.Примакова.

Главное - погрозить России?

- У меня создалось впечатление, что основная цель внешнеполитической речи Байдена – продемонстрировать России свою жесткость.

Рогов: Это не совсем так. Главное для Байдена было заявить, что его курс на мировой арене будет отличаться от внешней политики Трампа. И те соображения, которые Байден высказал, фактически повторяют его заявления, сделанные во время избирательной кампании. Как видите, в этом нет ничего нового! Но в отличие от тех заявлений, Байден в своей речи выстроил определенный порядок приоритетов. И вот в этом списке приоритетов одним из главных стоит необходимость проведения жесткой политики в отношении России. Но обратите внимание, что именно Китай, а не Россия, называется в качестве основного соперника-конкурента Соединенных Штатов.

- Это вполне ясно, экономика России не сравнима с китайской. Но жесткость в отношении России все равно демонстрировалась!

Рогов: Обвинение в адрес России связано прежде всего с утверждением о том, что она разрушает американскую демократию. Именно этот тезис ставится на первое место, а не Крым, не Грузия, и даже не Навальный. Россия как угроза демократическому развитию Соединенных Штатов - вот что главное для Байдена. Это, конечно, тезис совершенно нелепый, особенно если учесть, что Америка переживает острейший политический кризис и расколота на две части.

Можно много говорить про объединение усилий в решении экономических и социальных проблем, и про объединение усилий для развития системы здравоохранения, которая переживает крах. Но Байден вернулся к проблеме угрозы, которая исходит от России, к тому тезису, который демократы впервые выдвинули и сделали его главным еще в 2016 году, когда Клинтон проиграла Трампу. Тогда они много говорили о российских хакерах. И в этой речи подобный тезис прозвучал особенно выпукло.

Но вопросы безопасности важнее

- Но есть такая важная проблема, как безопасность и разоружение.

Рогов: Конечно, эту проблему Байден обойти не мог! Несмотря на угрозу демократии, которая, согласно его выводу, исходит от России, Байден вполне определенно высказался за достижение соглашения с нашей страной по вопросам контроля над вооружениями. Но и в этом он тоже выступает в качестве анти-Трампа: если Трамп по существу за свои четыре года сделал все, чтобы разломать режим контроля над вооружениями, то Байден в качестве первых шагов по приходу к власти подписал соглашение о продлении Договора СНВ-3.

Можно сказать, что создается некая противоречивая ситуация. С одной стороны, администрация Байдена намерена вести переговоры по контролю над вооружениями. Более того, она отказалась от некоторых неприемлемых для нас требований, которые выдвигали их предшественники, но в то же время заявляют, что по всем остальным направлениям политика в отношении России будет ужесточаться.

Чтобы отчасти понять это противоречие, можно вспомнить выступление госсекретаря Блинкина. Не ручаюсь за точность цитирования, но он говорил, что американская внешняя политика может ходить и одновременно жевать жевательную резинку, то есть делать два дела одновременно.

Внешняя политика все же на службе внутренней

- Будущее покажет, какую резинку будут жевать Штаты. Но сейчас я бы хотел остановиться на другом вопросе, вернее, посмотреть на внешнеполитическую речь Байдена с другого угла. У Маркса есть известное положение: внешняя политика является продолжением внутренней и отражением внутриполитического режима. Есть ли в речи Байдена взаимосвязь с внутренними проблемами его страны?

Журавлева: Да, безусловно, хотя конечно внешнеполитическая тематика в его речи доминировала, но все же реально речь шла не об этом. Президент США говорил про Америку в мире, про ее беды, проблемы и надежды, про то, какой она видит мир, в который возвращается, и про то, каким этот мир должен стать благодаря ей. Вот и получается, что внешняя политика в данном случае была логичным продолжением внутренней. И это подтвердил сам выступающий, который прямым текстом сказал: внешняя политика США – это продолжение ее внутренней политики. Смысл этого сигнала простой: то, что важно для Америки дома, то будет важно для нее на международной арене.

- И что важнее всего сейчас для Америки?

Журавлева: Байден, судя по его речи, считает, что главное - это спасение демократии, у себя дома и в мире. Демократия стала тем мостиком от внутренней политике к внешней, по которому Байден собирается вернуть Америку в мир. Он превратил свое достаточно короткое выступление в концептуальную речь времен Клинтона, с его крестовыми походами во имя спасения демократии.

Продвижение демократии в мире – традиционная тема демократов. Республиканцы молча строили и размещали свои ракеты по всему миру во имя национальной безопасности. Демократы любят окружать свою внешнюю политику пафосом спасителя мира, идейно и концептуально нагружая те же ракеты и беспилотники в небе тех стран, которые выбиваются из "демократической нормы".

Возвращение тематики конечно не случайно и связано не столько с самим возвращением демократов в Белый дом, сколько с тем, как они вернулись. А вернулись они, победив самого критикуемого из последних президентов, одиозного президента Трампа, заслужившего за свой недолгий срок службы целых два импичмента – беспрецедентное событие в истории США. Оба он получил в том числе и за разрушение американской демократии. В первый раз он допустил покушение на святая святых недружественного государства, а во второй раз в нарушении демократических норм отказывался признавать свое поражение и призывал свой электорат тоже его не признавать. Тем самым он спровоцировал, по мнению своих противников и критиков, нападение на Капитолии – очень символичный акт нападения на американскую демократию.

Поэтому риторика спасения в речах нового президента совершенно логична и неслучайна. Именно воззвание к спасению американской демократии от неадекватного президента, узурпировавшего властные полномочия и разрушающего американскую систему ценностей, помогли демократам объединить свой электорат вокруг совсем неидеального кандидата и победить.

Страну пока нечем склеить!

- Победили, а что дальше?

Журавлева: Теперь этот лозунг должен помочь демократам удержать власть на долгосрочный период. Но главное для победившей администрации - объединить не только свой электорат, но и страну в целом. Это еще одна супер-цель, которую поставил себе Байден, судя еще по его инаугурационной речи. Демократия должна стать тем самым суперклеем, который склеит распадающуюся на две политические части страну. Вот только проблема в том, что несмотря на общую веру в демократию и ее ценность, концепции этих понятий у двух Америк разные. Для традиционалистской консервативной Америки Трампа, которая изо всех сил сопротивляется, чтобы не оказаться опять в забвении, то, что делают либеральные демократы по отношению к ним - такое же нарушение демократии, как для либеральной Америки поведение Трампа и его электората. Так что вопреки тому, что традиционно на международной арене говорят американские лидеры универсального проекта, демократии нет даже в самих США.

Это, кстати, очень серьезный фактор, осложняющий новой администрации всю повестку по распространению демократии в мире. Когда, Клинтон предложил концепцию продвижения демократии, Америка все еще была тем сияющим градом на холме – процветающим государством с единой ценностной моделью, которую разделяло большинство. Символом Америки после Трампа стал оцепленный Капитолий в дыму. Может ли такая Америка претендовать на роль уникального распространителя универсального рецепта ценностей - вопрос скорее риторический.

Хотя именно эту картинку и будет по всей видимости пытаться исправить Байден. И здесь, поскольку единство в стране задача крайне сложная и вряд ли решаемая в рамках одного президентства, победоносные кампании в мире могли бы принести желаемые дивиденды и внутриполитический раскол тоже слегка уменьшить. Вот только легкой победы в мире сегодняшнем демократам тоже ожидать не стоит. Все перечисленные Байденом авторитарные государства, нарушающие права своих граждан, включая Россию, вряд ли за ближайшие четыре года превратятся в демократии по некой универсальной модели, которой США готовы поделиться. Разве что Бирма, переворот в которой осудил американский президент и призвал мировое сообщество объединиться в борьбе за демократию в этой стране, приобретет с международной помощью демократический фасад.

Санкции будут продолжаться, но уже под другим флагом

При этом ни финансово, ни эмоционально Америка не готова к новым военным интервенциям во имя демократии, и Байден это понимает и потому никаких военных кампаний и побед в своей речи не обещал. Зато обещал новые санкции всем нарушителям, в первую очередь России. Инструмент, который США хорошо отработали за 4 года президентства Трампа и который останется доминирующим в их арсенале в ближайшие годы. Только теперь они скорее всего будут его применять во имя спасения демократии и совместно со своими союзниками пойдут единым демократическим фронтом.

Вот такая Америка обещана миру Байденом. Вот такая внешняя политика на службе внутренней и внутренняя борьба за единство страны в новом крестовом походе за лучший мир!